Пропавшие без вести

— Конный обоз! На обочину! Ездовой! Заснул?! — слышался бодрый командный возглас.

Нет, это не то, что творилось тогда, у моста через Днепр! Здесь воля, организация, дисциплина. Значит, именно вот сюда и тянулись те вереницы бойцов, которых Иван расспрашивал у Днепра. Должно быть, сюда и указывал им собираться тот генерал… Какой генерал? Может быть, это и был угрюмый знакомец Логин, которого так донимал Иван за якобы брошенную винтовку?

«Ну и вли-ип!»— опять усмехнулся Иван, припоминая свои разговоры с Логином.

— Штабом приказано — располагать на шоссе машины, чтобы слева всегда оставался проезд для движения к востоку, — объяснял командир. — Колонны могут пойти в любую минуту. За нарушение приказа — расстрел, как за диверсию.

«Приказано»! «Штаб»!» — радостно повторял про себя Иван. От этих слов на душе у него стало легче. Он бодро шагал по шоссе, где был уже установлен порядок. Сонная зябкость, которая с ветром вначале забралась под шинель, теперь совершенно исчезла.

«Штаб! Приказ!» — повторял Иван.

Иван шел вперед вдоль выстроившейся гигантской колонны машин.

В голове колонны он миновал несколько танков, над люками которых рисовались силуэты бойцов. В кустах кое-где заметны длинные стволы зениток, за обочиной Иван разглядел противотанковые пушки.

А дальше шоссе шло на подъем, пустынное, белое под луной и немое. Вдруг в нескольких километрах впереди вся даль засветилась огнями, как будто жгли праздничный фейерверк на каком-то растянувшемся по горизонту невиданном торжестве. Загудел непрерывный рокочущий грохот боя. Иван представил себе, как между горящими селениями, там, на хлебных полях и огородах, поднимаются батальоны бойцов, чтобы идти вперед, наступая, тесня фашистские позиции, забрасывать их гранатами, падать под пулеметным огнем, под разрывами мин. Но новые бойцы поднимутся из окопов и снова настойчиво двинутся на врага, чтобы пробиваться к совим…

«Другие дерутся и умирают в бою, а я здесь жду, когда кто-то пробьет для меня брешь и выведет из окружения. Да еще ворчим тут, что нас предали!.. А здесь ведь вон сколько народу!» — думал Иван.

Ему мучительно захотелось быть среди тех, кто не ждет прорыва, а сотворяет его, кто стреляет, бросает гранаты, идет со штыком в атаку…

С запада, откуда он шел, послышались автомобильные сигналы. Нагоняя Ивана, катились те самые танки, которые он только что видел, за ними мчались грузовики. Большие машины, наполненные бойцами, летели мимо него вперед — десять, двадцать машин с красноармейцами…

«Сейчас им идти в атаку, — понял Иван, — а я тут пешечком плетусь!»

Он зашагал энергичнее. Обгоняя его, прогрохотала еще колонна машин со стрелками, пронеслись пулеметы. Треск пулеметов и орудийный гром впереди усилились. Теперь все там кипело.