Пропавшие без вести

С ним был капитан, командир батареи «PC». Эта батарея перед вечером появилась у переправы в числе выходивших из лесу красноармейских групп, прорвавшихся с направления «Дуная». Как молния слово «катюши» пронеслось по окопам.

— Товарищи, братцы, вы со снарядами? — жадно расспрашивали бойцы, узнав эти таинственные машины, зачехленные брезентом.

Обычно неразговорчивые, расчеты «катюш» всегда ревниво отгоняли всех от своих секретных орудий, но теперь они были так счастливы благополучным выходом из окружения, что тут же, возле своих машин, трясли руки обступивших бойцов, закуривали и утешали всех сообщением, что у них снарядов достаточно.

Не важно, что их была всего одна батарея. Всех радовало само сознание, что оборону поддерживают «катюши».

Капитан, командир батареи, доложил Балашову, что тотчас, как дали залп по приказу Острогорова, в направлении леса, в котором группировались танки противника, — он, как обычно, снял с позиции и увел свою батарею в укрытие, в назначенный пункт в лесу, где и ожидал дальнейших приказов. Он слышал яростный бой. Но связь с Острогоровым ими не была уже более установлена, с командиром дивизиона — тоже. Они начали свой дальнейший отход часа через два уже по тылам прорвавшегося противника. Капитан не мог ничего рассказать толково о том, что творится у него за спиной. Ему было ясно одно — что наши части, которые на западе продолжают сопротивление, отрезаны от нового рубежа обороны. Между ними и новым рубежом на Днепре не только снуют вражеские отряды мотоциклистов и танки врага, но и располагаются десантные части пехоты, а бой там идет непрерывно.

…Совершенно стемнело. К западу и к югу от шоссе небо было залито ровным заревом деревенских пожаров. А на северо-западе небосклон трепетал зарницами артиллерийского боя. И вот именно там вдруг далеким гулом один за другим ударили залпы «катюш», вспыхнули их багряные сполохи. Тотчас же кто-то об этом крикнул в блиндаж командарма.

Балашов вместе с Ивакиным выбежали наружу. Они в молчании наблюдали ночное небо. Командарм теперь был убежден, что опытный и бывалый в боях Острогоров вместе с комдивами Лопатиным и Дубравой силится вывести части, пробиться.

Сведения от разведчиков начали наконец поступать. Разведка докладывала, что танки противника, видимо после перегруппировки, выступили с Духовщины направлением на Сычевку и севернее — прямо на Ржев — Зубцов, а с юга — от Ельни, направлением южнее Вязьмы, к востоку…

— Короче сказать — на Москву! — заключил Балашов.