Голос Вессема. Радиомолчание

Петер стоял, отвернувшись и глядя на огоньки на горизонте. Его тоже трясло. Камни под его ногами стали темными и блестящими.

Кинулся меня спасать, надо же. Даже ботинки не снял.

— Я испугалась, — сказала я. — Думала, что схожу с ума. Мне нужны были очень сильные ощущения, чтобы это перебить. Да повернись уже, что я с твоей спиной разговариваю? Я обычно разное делаю, чтобы придти в себя. Но в этот раз ничего не помогало. И я подумала… Знаешь, я ведь ее видела, — сказала я шепотом.

— Кого? — спросил Петер.

Он так и стоял ко мне спиной.

Здесь не было камер, и даже если мой трекер передает информацию — прямо сейчас меня вряд ли кто-то слушает.

— Ту девушку. Медиатора. Которая была до меня и Эрики.

Теперь Петер резко обернулся и посмотрел на меня.

— Нет, — покачал он головой. — Зачем ты так? Я же знаю, что она… Что ее нет в живых.

— С чего ты это взял?

— Я знаю.

— Поверь, она жива. Лежит в желтой зоне, с трубкой во рту и заклеенными глазами. Но она все еще медиатор. И очень сильный. Она все время пытается связаться с кем-то.

Петер, кажется, сделал всего один шаг, но оказался очень близко ко мне.

— Откуда ты это узнала?

— Я там была. Случайно. Это было в тот день, когда… Ну, на полигоне, помнишь? Потом, вечером, мне стало плохо, я пошла за помощью в желтую зону и спустилась ниже, чем надо было. Я чувствовала, что она там. Чувствовала ее присутствие. Но, знаешь… Это было очень страшно. Она была как серый туман, который тянется к тебе, тянется… Я сбежала. Я не знаю, чего она хотела, но я уверена — она все еще пытается что-то сделать. Кого-то зовет.

Я не видела лицо Петера в темноте, но слышала его дыхание.

— А сегодня я испугалась, что еще немного — и я стану как она. Я же не знаю, что происходит с медиаторами. Может, от меня ничего не останется. Только серый туман, который растекается по коридорам желтой зоны. Я тоже буду вот так лежать и звать хоть кого-нибудь, а никто не придет. Поэтому я полезла в воду.

Петер вдруг обнял меня, притянул к себе, и я удивилась, но в следующую секунду поняла, что он обнимает не меня. Для него на моем месте сейчас Ива.

— С тобой этого не произойдет, — сказал он тихо.

— Откуда тебе знать?

— Потому что это… Это не из-за экспериментов.

— Тогда из-за чего? Слушай, расскажи мне, я тебя очень прошу! Мне страшно, понимаешь? Каждый раз, когда мне вкалывают стимулятор, я боюсь, что уже не очнусь. Если ты знаешь, почему с ней это случилось, пожалуйста, скажи мне!

Петер молчал, и я тоже. Все, что я могла сказать ему, я уже сказала. Теперь он либо расскажет мне правду про Иву, либо этот разговор продолжать бесполезно.

Моя одежда пропиталась водой. Мы оба дрожали от холода. Нужно было возвращаться в лагерь.