Дьявол весной

— Пандора, у меня такое чувство, что ты пытаешься уменьшить выступающую часть моего тела.

— А что, если бы все стражи наставили на тебя мечи? — упорствовала она.

— Я бы их заверил, что не представляю никакой опасности для Королевы.

— Я в опасности? — нерешительно спросила Пандора, что, конечно, было вполне справедливым вопросом для девственницы, сидящей на полуобнаженном мужчине.

Пандора с сомнением кинула взгляд вниз, между ними.

— Хелен сказала, что не только.

Он тихо рассмеялся. Ему никогда не приходило в голову, что можно быть одновременно настолько возбуждённым и весёлым.

— Не сегодня, — умудрился выговорить он. — Я же говорил, что не отниму у тебя выбора. И я всегда буду держать обещания, данные тебе.

Разглядывая его своими поразительными голубыми глазами, Пандора уселась поудобнее, почувствовав, как его мощная плоть непроизвольно дёрнулась, прижавшись к ней, она пару раз моргнула, взмахнув ресницами.

— Что мы теперь будем делать? — прошептала она.

— А что бы тебе хотелось? — прошептал он в ответ, восхищённо наблюдая за ней.

Они изучали друг друга, не шелохнувшись, оба в приятном напряжении, с зажжёнными невидимыми фитилями. Очень осторожно, словно экспериментируя с какой-то крайне неустойчивой субстанцией, Пандора приблизилась к его рту, пробуя разные ракурсы, исследуя и дегустируя его губы с нарастающим рвением.

Обхватив её лицо руками, он откинулся назад и попытался смягчить напор.

— Полегче, милая. Расслабься. Я сделаю всё, как ты…

Прежде чем он смог закончить предложение, Пандора опять прильнула к нему и захватила его рот с энтузиазмом безжалостного пирата. Задыхаясь, она старалась, как можно больше обнажить его грудь, теребя рубашку там, где заканчивались пуговицы, но расстёгивать было больше нечего. Она схватила края и грубо потянула в стороны, пытаясь разорвать. Возможно, это помогло бы в случае с обычной рубашкой, но передняя часть вечернего фасона была утолщена и отглажена с двойной порцией крахмала, чтобы на ней не оставалось морщинок.

Несмотря на сильнейшее возбуждение, Габриэль почувствовал, что его душит непреодолимый смех, когда он посмотрел на Пандору, его маленького и решительного пирата, у которого возникли неожиданные затруднения с раздиранием одежды в клочья. Но он ни за что не рискнёт задеть её чувства в такой момент. Заставив себя подавить смех, он выпрямился, дёрнул подол рубашки и стянул её через голову, полностью обнажив грудь.

Как только эта деталь одежды оказалась снята, Пандора прильнула к нему с мучительным вздохом, её руки блуждали по его груди и бокам с неутолимой жадностью. Габриэль откинулся назад. Позже он научит Пандору таким вещам, как темп и контроль и как медленно разжигать желание, но пока он предоставит ей все бразды правления.