След на весеннем снегу

Обычный, не очень новый «Форд», ничем не примечательный, если бы не одно обстоятельство – за рулем сидел Савелий Гранатов.

Мила повертела головой в поисках алой «Альфа Ромео», на которой обычно разъезжал пижон-архитектор, но ее нигде не было. Яркая машина, неизменно притягивающая взгляды, сегодня ему была не нужна, поскольку мешала главной цели – следить за Калиной Троекуровой. А в том, что это именно слежка, не было ни малейшего сомнения.

Настроение у нее необъяснимым образом испортилось, и Миле даже не хотелось думать, с чем это связано. Еще пять минут назад жизнь казалась если не радостной, то вполне терпимой, а сейчас она просто физически ощущала, как давит на плечи покрытое тучами, низкое, совсем невесеннее небо. Кажется, еще чуть-чуть, и дождь пойдет. Последнюю мысль она высказала вслух.

– Так и хорошо, что дождь, снег растает, – тут же отозвался Игорь. – Камилла Александровна, ехать-то домой? А то я не спросил.

– Да, конечно, домой, куда же еще. – Мила против воли вздохнула, словно мысль, что ее никто нигде не ждет, показалась особенно грустной.

Дома она распаковала покупки, проинспектировала содержимое холодильника и поняла, что, пожалуй, готовить сегодня ничего не будет. От вчерашнего ужина осталось довольно много еды, ей одной точно хватит и выбрасывать ничего не придется. Выбрасывать еду Мила не любила, считая, что потребление должно быть разумным. Тут же вспомнились голодные глаза Вити и Оли Кедровских. Вот уж кто точно еду не выбрасывает, потому что ее и так вечно не хватает. И почему ее мысли все время возвращаются к этой неблагополучной семье?

В одном из классов у нее сегодня была контрольная, поэтому до завтра предстояло проверить тетради. Наскоро перекусив, Мила уселась за рабочий стол и погрузилась в работу. Правило «чем раньше начнешь, тем быстрее закончишь» никогда ее не подводило. Тетрадей было почти тридцать, ошибок в них немало, поэтому освободилась Мила, когда часы показывали уже начало седьмого вечера.

Снова захотелось есть, и Мила наложила на тарелку сложную конструкцию, собрав остатки всего, чем угощала вчера гостей. «Остатки сладки», – всегда назидательно говорила ее бабушка, и, пожалуй, Мила была с этим согласна. К примеру, самым вкусным днем в году она считала первое января, когда можно целый день потихоньку таскать из холодильника то, что не доели за праздничным столом.

Сейчас, правда, не Новый год, и вчерашняя еда не имела ни малейшей толики положенного очарования. Она и вкуса-то уже почти не имела, но что ж поделать. В дверь позвонили, и Мила уронила кусок рыбы себе на колени, оставив на домашнем спортивном костюме внушительное пятно.