Весеннее жертвоприношение

«Моя жизнь, — подумала она, перекувырнувшись и выкатившись из круга. — Скорей к заколдованному корню! Я обычный человек, никогда не смогу властвовать над ними . Так, как это может Хейке. И я девственница». Она едва понимала, сколь существенное значение имел этот факт. Она должна убежать отсюда прочь!

От страха она плакала, всхлипывая. Руки тянулись к ней, прозрачные тела устремлялись к ней, пытались схватить ее. Через беспрерывный гром в ее ушах она могла слышать бормотание, возбужденный шепот, продолжительные жалобные вздохи и голос Хейке. Он прозвучал громоподобно:

— Оставьте ее! Она моя, и я приказываю вам пропустить ее!

Она добежала до покрывала. Полумертвая от ужаса, бросилась на стену скалы, пытаясь стряхнуть с себя все, что висело и цеплялось за нее, воздела руки к волшебному корню.

— Помоги мне! Спаси меня! — Одной рукой схватилась за него. Стащила его с сучка и надела себе на шею, обратив внимание на то, как когти корня, или правильнее сказать его отростки, изогнулись в отвращении. Вряд ли по отношению к ней, скорее, против ее преследователей. И в этот момент она почувствовала, как щупальца их рук соскользнули с нее, вокруг послышались плевки и фырканье откровенного разочарования. Грохот стих.

Но Винге и этого было достаточно. Перед ней все закружилось и закачалось, и она без сознания упала на покрывало, продолжая удерживать волшебный корень в руке.

Ее окружила милосердная темнота, в которую она с благодарностью позволила себе погрузиться.

5

Винга открыла глаза.

Вокруг царила глубокая ночь. Луна продолжала свой путь по небу, спускаясь сейчас вниз, в полосу тумана. Свет ее поблек. Все вокруг окрасилось в серые тона ночи.

Было ли это все в кошмарном сне? Не могла вспомнить, ею снова овладело непреодолимое чувство страха.

Винга продолжала лежать на покрывале, а другое покрывало укрывало ее. Хейке позаботился о ней?

Она с трудом чуточку повернула голову. У скальной стены стоял кто-то мягкий и смотрел вниз на нее.

Вингу передернуло. Соблазнительная мысль о кошмаре тут же исчезла. Там стоял долговязый мужчина в темных, рваных одеждах. Контуры его были не резкими. Но его хитрую ироническую улыбку она видела ясно.

Видела она и другое: на его шее еще болтался кусок полуистлевшей грубой веревки.

Винга рывком поднялась и села.

— Хейке?..

Он стоял у проклятого круга полностью одетый и прибирал за собой. Все отвратительные предметы, о которых она не хотела даже больше слышать, он укладывал в мешки и коробки. Услышав ее голос, он тут же обернулся.

Винга тряхнула головой, чтобы лучше видеть. Неужели это тот же самый Хейке, которого она знала? При скудном сером свете рассмотреть все основательно было трудно. Но она все же увидела, что он был не один.