Весеннее жертвоприношение

И это дерьмо ленсман! Я уже придумал нечто утонченное, я уже знаю…

Он замолчал. Кто-то стучал дверным молоточком в ворота.

— Иди и посмотри, кто там! Я больше не хочу неприятностей.

Ларсен быстро вернулся.

— Это тот господин, который недавно был здесь. Тот, кто хочет купить землю на вершине горы. Господин Аасен.

Судья оживился. Этот человек не знает, что он больше ничем не владеет. Он может провернуть ловкое дельце! Продать землю Хейке Линда. Или камень, иного там наверху и нет. Если Аасен впоследствии станет предъявлять какие-нибудь претензии, то придется его отправить в вечность.

— Пригласи его, — сказал он с довольной миной на своем злом лице.

В комнату вошел тот же самый мужчина, которого Снивель наверняка встречал раньше, но никак не мог вспомнить, где и когда. Вероятно, это было давно… Очень давно. Но мужчина не постарел с тех пор. Может быть, это его сын?

Аасен…

Когда? И где?

Он тепло приветствовал гостя. С такой лживой теплотой, как мог только Снивель.

— Ну-с? — сказал Аасен. — Вы подумали над моим предложением?

— Да, подумал, — ответил Снивель, надеясь, что гость ничего не заметит — ни чрезмерного усердия в его голосе, ни предотъездного беспорядка в доме. Нет, в этой комнате все выглядит, как обычно. — Да, и я согласен продать. Но, естественно, на определенных условиях.

— О них мы договоримся. Единственное, что я хочу, чтобы вы пошли вместе со мной на вершину скалы, с тем, чтобы застолбить участок, который я хочу купить.

Судья Снивель любил комфорт.

— Это необходимо? А мой гофмейстер не может?

— Едва ли, — слабо улыбнулся гость. Какой же он мертвенно бледный! — Вы — человек разумный и обладаете необходимыми полномочиями.

Снивель вздохнул. Но он подумал обо всем том, что он может получить в результате такой сделки.

— Да, да. Я пойду, конечно пойду. Но с одним условием, что сделку мы совершим сегодня. Завтра я должен уехать и надолго. Сложное судебное дело…

— Конечно, я понимаю. Я взял с собой наличные деньги.

— Превосходно! Ларсен! Продолжай работу. И ничего не упусти. Я скоро вернусь.

Со вздохом взглянул он на гребень скалы. Она была высока и далека. Карета? Нет, карета здесь не проедет.

А Снивель не любил перемещать свое огромное тело на собственных ногах.

Но ради денег, так легко идущих в руки, можно и пожертвовать собой…"

"Они вошли в лес и полезли в гору. Мужчина производил впечатление человека, хорошо разбирающегося в горном деле, а об условиях они договорились. Деньги он платит хорошие, очень хорошие. Теперь Снивелю нужно было продать как можно больше. Сделка даст огромный доход, поэтому можно и потрудиться.

Судья снова прочистил нос. Появился неприятный запах. Сразу же, как они покинули Гростенсхольм. Противно пахло дохлыми крысами или чем-то подобным.