Весеннее обострение

А когда понял, то как-то позабыл, что тут рядом мать моя и язва эта Иоханна, рыбку ловят. А Саффа про гербарий свой позабыла, упал он куда-то в траву. Думаю, еще немного, я бы и ее на эту самую траву уложил, но тут с берега подозрительный шум донесся.

Там где матушка, без шума редко обходится. Я бы и внимания особого на это не обратил, но Саффа забеспокоилась, оттолкнула меня, увидела, что на берегу происходит и туда рванула. Точнее попыталась. Потому что я тоже увидел, что там творится, схватил эту птицу за талию и не пустил никуда. Нечего ей там делать. Магия там какая-то. Опасная и чужая. Да, там мать моя и подруга, но я не сумасшедший, чтобы сломя голову подвиги совершать. Видно же, что эта магия не убивает их, а затягивает куда-то. Что странно, сами они этого не видели. Как будто не сгусток силы чужеродной на другом конце удочки, за которую они вдвоем схватились, а просто упрямая рыба. Иллюзия? Очень мощная иллюзия ближнего действия. Вот мать моя обмана зрительного не чует, а я с такого расстояния не просто чую, а ясно вижу, какой большой капец их за удочку тянет! Вряд ли это какой-нибудь игривый дух воды шалит. Что за колдовство, совершенно не понятно. Хрупкое плетение и в то же время в нем такая сила, что держись. Только вот что будет с этой силой, если попробовать вмешаться и разрушить? Что-то мне подсказывало — ничего хорошего не случится.

— Отпусти меня немедленно! — потребовала Саффа.

— Ты ничем не сможешь им помочь.

— Мы так и будем просто смотреть?!

— Да, будем смотреть, а когда все кончится, попробуем взять след и вычислить, куда их утащило. Ты разве сама не видишь? Их не убивает, а куда-то утягивает. Это какое-то неправильное колдовство, может получиться так, что если мы вмешаемся и что-то нарушим, то они погибнут. Да и мы тоже.

Пока я ее уговаривал, у пруда все закончилось. Мать и Иоханна исчезли. Даже удочки и те испарились. И следов их на песке не осталось.

— Отпусти меня, — холодно попросила Саффа.

А я вот не отпущу! Не потому, что сволочь я такая и на обнимашки меня потянуло, а потому что не по себе мне. У меня на глазах только что мать и подругу похитили каким-то загадочным способом. Мне просто страшно.

— Лин, мне тоже страшно, но если мы сейчас не пойдем искать след, то может быть поздно.

Интересно, как она догадалась, что я испуган? Я вроде бы не дрожу и тем более не рассказываю ей, что у меня внутри творится. Ну, отпустил я ее. Пошли мы к берегу. А там ничего. Ну, то есть совершенно ничего! Если бы своими глазами не видел, как было дело, то и не подумал бы, что здесь только что колдовство случилось.

Свет мигнул и потускнел, как будто напряжение упало. От темной стены отделился силуэт. Мы с Иоханной в один голос крикнули:

Но тут освещение опять нормальным стало и мы, как следует, разглядели визитера.