Весеннее обострение

— И моя дочь, — ору я, приподнимаясь, — связалась с его сыном?!

И слышу холодный голос за спиной:

— Да, папа, я связалась с его сыном.

Как я и надеялся, по возвращении в наш мир, все основное внимание Кардаголу и сыночку его недобитому досталось. Я Саффу за руку схватил и, пока о нас не вспомнили, переместился вместе с ней в свои покои. Ну, наконец-то! Здесь нам точно никто не помешает, только дверь надо запереть.

Один жест и вот уже дверь заперта, и девушка моей мечты опрокинута на кровать. А что, вы считаете, что я должен был думать о чем-то возвышенном, точно зная, что под этим балахоном на ней не надето ничего… ну вот совершенно ничего, кроме обуви!

— Лин! Лин…Эрраде, да успокойся ты!

Ну вот, и что я сделал не так? Почему она рассердилась? Вот весело-то будет, если она боится. И сколько мне придется ее уговаривать? Надеюсь, это время будет исчисляться не в годах.

— В чем дело, птичка моя? — я героически постарался придать своему голосу хоть немножко жизнерадостности.

— Я бы не хотела спешить.

— Хорошо, подождем до завтра, — легко согласился я.

Саффа выбралась из-под меня, поправила взъерошенные волосы и поведала о своих взглядах на данные обстоятельства. Оказывается во времена ее молодости, то есть много-много веков назад, считалось неприличным, если девушка до свадьбы с мужчиной была. Это и в наше время не приветствуется, но соблюдается не так строго. Но именно эта дурацкая причина мою волшебницу останавливает! И еще она хочет, чтобы у нее все, как полагается, было, то есть сначала свадьба, белое подвенечное платье и так далее, а потом уже все прочие радости.

— А почему платье-то белое? — растерянно спросил я.

— Так было принято в моем мире, — объяснила Саффа. — Белый — цвет невинности. Невеста всегда в белом.

Представил я ее в белом платье с трудом, учитывая, что она всегда черное носит. Представленная картинка мне понравилась. Но ждать до осени! Сейчас только весна! Ну ладно, конец весны. Но все равно, еще очень и очень долго.

— Саффа, а нельзя это белое платье без соблюдений всяких правил надеть? — осторожно спросил я.

— Ты не понимаешь! — обиделась волшебница.

Да уж! Конечно, я не понимаю! Сложно что-то понять, когда вот она девушка моей мечты — рядом, только руку протяни, а фиг там! Я тихо застонал.

— Прости! Я не могу по-другому! — воскликнула Саффа.

Кажется, ей и самой было жаль, что все вот так, а не иначе. Ну что ж, я могу ее понять, она мечтала, чтобы было красиво — большая любовь, белое платье и так далее, а тут всякие события произошли. Предок мой, трус несчастный, и сон на несколько столетий, а после никакой личной жизни, только шарахающиеся маги, обвешанные защитами, как перед смертным боем.

— Я понимаю. Ждем до осени, — тихо проговорил я и перенес нас… а вот это ей совсем не понравилось.