Весеннее обострение

Да и зачем ей… а и, правда, зачем я ей? Любовь с первого взгляда что ли? Или со второго?

— Я похож на Мерлина Первого?

— Нет! Да ты что такое вообще подумал?

— Что я напоминаю тебе твоего возлюбленного, вот ты и…

— Эрраде, ты точно осел! У нас с Мерлином друг к другу был совсем другой интерес!

Она злится? Отлично. А то что-то совсем приуныла, птичка моя. Надо бы ее взбодрить.

— Какой такой другой?

— Он маг и я маг, но магия наша непохожа, нам было любопытно. А ты что подумал? Что ты подумал, я тебя спрашиваю? Мерлину между прочим, тогда уже лет двести было, а мне всего пятнадцать!

— Ну, двести лет для мага детский возраст. Тебе вот сейчас и того больше.

Саффа окинула меня гневным взглядом, кажется, хотела гадость сказать, но передумала и спокойно объяснила:

— Во время вечного сна время останавливается. Физически мне сейчас сорок два.

— Простите, Ваше высочество, — ехидно так проговаривает сидящий на полу Кардагол, — но Вас я туда отправить не могу. Вам не понравится. Кир, помоги встать.

С помощью сына Повелитель времени поднимается на ноги.

— Я так долго ждал возможности вернуться наверх, — говорит он, — что вполне могу потерпеть еще несколько часов. Пусть супруги как следует отпразднуют свое воссоединение. Кир, дай мне талисман телепортации. Боюсь, сам я сейчас не сумею.

— Па, прости, у меня его изъяли, — виновато проговаривает полковник и косится на меня.

— Это? — спрашиваю, протягивая Кардаголу шестиугольную монету.

— Спасибо, Иоханна, он самый.

Колдун берет у меня из рук талисман и в ту же секунду испаряется. А я… Я остаюсь наедине с его сыном. В этом большом зале. И даже не знаю, что сказать. Но что-то мне нужно делать?

— Что за ритуал? — спрашиваю.

— Выпить хочешь? — отзывается полковник.

После всех этих событий — не мешало бы.

Он молча выводит меня из зала. Идем по тоннелю. Чужие люди.

— Отец хочет вернуться в свой мир, — вдруг произносит Кир, — и Терин может ему в этом помочь. Но не хочет.

— Не знаю. Не спрашивал. Если честно, я немного боюсь возвращения. Я привык здесь.

Он вдруг останавливается, поворачивается ко мне и спрашивает:

— Ты понимаешь, что я не смог бы тебя убить?

Собираюсь съязвить, ответив, что нечего тогда было рядом со мной ножом размахивать, а вместо этого опускаю глаза и шепчу:

— Конечно, понимаю. Прости, что я тебя ударила.

— Ничего, — отвечает Кир.

Идем дальше. Минуты через две уже я останавливаю его вопросом:

— Кир, а мы к тебе пить идем?

Молчание. Десять секунд, двадцать, тридцать…

— Как я без тебя жил все это время? — задумчиво произносит Кир и делает шаг мне навстречу.

Как мы оказались у него дома, я уже не помню. Думаю только, что стоило мне столько лет ждать, для того, чтобы все началось именно так. И именно с ним.