Весь Гарднер в одном томе

Но, может быть, его все же обманули громкие крики, и он поверил, что я всего лишь твой клиент. Все, Перри, я смываюсь. Жаль, что у меня нет на него никаких данных.

— А вдруг этот человек вовсе не Филипп Монтейн? — предположил Мейсон.

Дрейк с сомнением покачал головой.

— Но с какой стати подставному лицу являться к нам, шеф? — спросила Делла Стрит.

— Окружной прокурор может допустить, что я попытаюсь нажать на старика, вот и направил сюда своего человека, чтобы выяснить мои намерения.

— Прошу тебя, шеф, будь осторожен.

— Но это означало бы, — заметил Дрейк, — что прокуратура следила за Родой еще до убийства Мокси. Знаешь, Перри, я бы посоветовал тебе сначала все разузнать об этом типе, а потом уже начинать серьезный разговор.

Мейсон кивнул на дверь:

— Ладно, Пол, покажи теперь столь же артистический выход.

Детектив приоткрыл дверь и проговорил, словно заканчивал фразу:

— …рад, что подумал об этом именно сейчас. Это осложнение все время меня волновало. Еще раз огромное спасибо.

— Больше тянуть нельзя, Делла, — сказал Мейсон, — иначе у Монтейна появятся подозрения. Не исключено, что он запомнил Дрейка по прошлому разу. Естественно, он может подумать, что тот вернулся специально, чтобы предупредить меня. Так что приглашай его в кабинет.

Делла Стрит открыла дверь:

— Мистер Мейсон ждет вас, мистер Монтейн!

Монтейн вошел в кабинет и поклонился, не протягивая руки.

— Доброе утро, господин адвокат, — сказал он.

Мейсон показал на черное кресло для посетителей. Делла закрыла за собой дверь.

— Несомненно, господин адвокат, — сказал Монтейн, — вы догадываетесь, зачем я здесь?

— Я рад, что вы пришли, мистер Монтейн, — сказал Мейсон. — Мне очень хотелось с вами поговорить. Однако ваш сын сказал мне, что вы заняты чрезвычайно серьезной финансовой операцией, поэтому… Видимо, вы бросили все, узнав про убийство, и…

— Да, я заказал частный самолет и прилетел вчера вечером.

— Значит, вы уже виделись с сыном?

— Я думаю, господин адвокат, — холодно сказал Филипп Монтейн, — что будет правильным сначала объяснить вам мое дело, а потом вы можете задавать вопросы.

— Как вам будет угодно, — согласился Мейсон.

— Давайте будем вполне откровенны и искренни друг с другом. Я финансист. Те адвокаты, с которыми я привык иметь дело, специализировались в вопросах финансового права. Вы — первый адвокат по уголовным делам, с которым мне довелось столкнуться. Мой сын с вами консультировался. Он очень заинтересован в том, чтобы его жена была полностью оправдана. Однако поскольку он Монтейн, то не желает лгать. Он не скажет ни больше ни меньше, чем было на самом деле, независимо от того, во что эта правда ему обойдется.

— Пока я не услышал от вас ничего нового, — сказал Мейсон.

— Я подготавливаю почву.

— Это лишнее.