Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

А смысл? Все равно случись что – выживанию лишний килограмм гречки поможет мало. Шибанет так, что дешевле сразу застрелиться. Если партизанить – так, слава богу, кой-какие заначки есть. И сейчас вот – с виду обычная тулка 16-го калибра с собой, а в рюкзаке вкладыш на 7,62 и три патрона. Больше все равно в этом месте не выстрелишь, а потом и на трофейное перейти можно…

В кармане зазвонил телефон.

– Да, алло, Смольный на проводе. Слушаю, дед. Да, понял, утром буду. Не волнуйся.

И тут ГРЯНУЛО…"

"Русский не умирает.Он кончается.Заканчивается,Как роман о любви.Вот они еще танцуютНа террасе отеля,Но ты понимаешьОсталось три страницы,И все.

Русский не умирает.Он подходит к концу,Как боеприпасыУ защитников форта.Кто-то говорит слово все.Достаются финкиИ все.

Русский не умирает.Он просто выходитИз дома, окопа, из тела,И растворяется.Все-таки лучше,Если в метели.        Юрий Смирнов, ака begle

Часть вторая

Все мы дети окопных баллад

Партизанской страны,

Дети мглистых широт,

Горький северный эксперимент.

Мы учились любить

По учебникам прошлой войны,

И на западном фронте

По-прежнему без перемен.

В полночь ливень блицкригом

Сминает полки тополей,

Слышишь, осень нажала

На кнопку звонка у двери?

Мы остались одни

На огромной холодной Земле,

Значит – все, теперь можно…

Д. Корогодов

Глава 1

29 октября 1790 года, Северная Америка, Калифорния.Форт «В вихре времен».Из дневника Сергея Акимова

Когда-нибудь я, наверное, подробно расскажу о днях, предшествующих Большому Песцу. Хотя кому, кроме меня самого, будет интересно читать о том беспросветном чувстве надвигающейся беды, которой ты не способен ничего противопоставить? Да и лишний раз бередить все еще не зажившие раны не очень хочется. В самом начале после переноса здорово помогала необходимость что-то делать, выживать, да и практически новое тело справлялось с приступами тоски и меланхолии собственными средствами. И только вот сегодня, когда мы преодолели очередной этап в своей эпопее выживания, что-то подсказывает мне – пусть эти записки прочтут нескоро и, скорее всего, лишь очень немногие, решение описать первые дни нашего пребывания в этом времени вполне оправдано. Пусть моих будущих читателей не удивляет форма повествования, слишком много событий на берегу бухты Хорсшу 15 мая 1790 года происходило почти одновременно в разных местах. Поэтому я буду вставлять в свой дневник не только личные воспоминания, но и эпизоды, рассказанные моими товарищами. Тем более что они достаточно красноречиво описали последний день цивилизации-2010, и сам момент прибытия в прошлое для многих из них обернулся драматичнее, чем для меня. Судьба в очередной раз решила показать свой изменчивый нрав, и нас забросило в 1790-й сразу троих в одно место.