Весь Чейз Джеймс Хэдли в одном томе

— Ты уже не сможешь аннулировать иск.

— Когда приходит требование об оплате полиса, оно автоматически фиксируется, и дальше компания проводит стандартное расследование. Иск нельзя вернуть, в противном случае компания вправе решить, что ее пытались ввести в заблуждение. В этом случае они моментально уведомляют полицию. И полиция берет дело под свой контроль.

— Ну и какая мне забота, если они известят полицию? Мне нечего скрывать.

— Ты так думаешь? А наши с тобой отношения? Вдруг они об этом узнают?

— А даже если и так. Чем мне это грозит?

Я застонал. Сунув руки между колен, я с силой сжал их.

— Но я же тебе уже однажды объяснял, Хильда! Мы должны быть предельно осторожны.

— Именно поэтому ты и попросил перезвонить тебе из кабины телефона-автомата?

— Да. Я не верю детективу из страхового агентства. Они вполне могли прослушивать твою линию.

Хильда резко повернулась ко мне. Ее глаза блестели.

— Это не было несчастным случаем, не так ли? Ты что-то скрываешь. Ты должен сказать это мне!

Я уже открыл было рот, чтобы вновь повторить свои басни, но остановился. Внезапно я почувствовал, что не могу больше врать ей. Я не мог врать женщине, которая занимает такое большое место в моей жизни. Я знал, что совершаю роковую ошибку, говоря ей это, но не мог и дальше врать ей.

— Нет, Хильда, это не был несчастный случай, — начал я тихо. — Я убил его!

Она затаила дыхание и отодвинулась от меня.

— Я, должно быть, сошел с ума, — сказал я. — Сама мысль о том, что ты связана с ним до конца его дней, доводила меня до безумия. Вот почему я убил его.

Она сидела без движения, и я мог слышать только ее дыхание, прерывистое и неровное.

— Я сделал это только потому, что люблю тебя, Хильда. При определенном везении, это никогда не открылось бы. Я надеялся, что через несколько месяцев мы смогли бы уехать отсюда и начать вместе новую жизнь.

Ее плечи задрожали, словно ей вдруг стало очень холодно.

— Но как ты смог сделать это?

Я рассказал ей. Пути назад уже не было. Я рассказал все в деталях.

Она забилась в угол машины, руки лежали на коленях. Не шевелясь, в неярком свете луны, она смотрела на меня широко раскрытыми глазами цвета незабудки.

— Если бы не этот проклятый полис и не твое требование об оплате, можно было бы ни о чем не беспокоиться. Но сейчас… Не знаю. Я думаю, Хармас уже сейчас что-то заподозрил. Вот почему нам нельзя встречаться до тех пор, пока агенты страховой компании не закончат расследование.

— Так чего же ты хочешь от меня? — ее голос был безжизненным и холодным.

— Я хочу, чтобы ты придерживалась истории, которую я рассказал Джефферсону. Это все, что я хочу от тебя. Хармас может задать теперь тебе массу вопросов. Если к тому же он раскопает, что мы были любовниками, начнутся неприятности.