Сохраняя веру

Мец снова поворачивается к клиенту:

– Почему вы решили судебным порядком добиваться передачи опеки вам?"

"– Раньше я думал, будто с матерью Вера в безопасности, но несколько недель назад понял, что это не так.

– Когда-либо прежде у вас уже были основания считать, что Мэрайя не справляется со своими родительскими обязанностями должным образом?

– В последние годы – нет, но, после того как ее выписали из Гринхейвена, она была такой хрупкой, что с трудом могла заботиться о самой себе, не говоря уже о новорожденной. Со временем ситуация изменилась к лучшему. Я, по крайней мере, в это поверил.

– Вы считаете, что с вами девочка будет в большей безопасности?

– Господи, конечно! Мы живем в чудесном районе, у нас отличный садик, куда я не пустил бы никаких репортеров! Я пресек бы все это безобразие на корню и вернул бы дочке детство.

– Как вы, отец Веры, воспринимаете ее нынешнее положение?

Колин смотрит на Мэрайю широко открытыми честными и ясными глазами.

– Я волнуюсь за нее, – говорит он. – Я считаю, что ее жизнь в опасности. И что виновата в этом ее мать.

Когда судья передает Джоан право задавать вопросы истцу, Мэрайя тянет ее к себе за рукав и ошарашенно спрашивает:

– Они думают, что это я наношу раны Вере?! Они что, и правда так думают?!

Джоан сжимает руку клиентки. Она говорила Мэрайе: «Ожидайте худшего», однако, если честно, и сама такого не ждала. До сегодняшнего утра под «худшим» она понимала заранее заготовленные колкости относительно психиатрической больницы, но никак не прямые обвинения в нанесении ущерба здоровью ребенка. Поскольку Мэрайя не явилась в суд вовремя, она, Джоан, не успела предупредить ее о том, какую стратегию выбрали их оппоненты. Клиентка до сих пор не знает, что на время разбирательства ей запрещено контактировать с дочерью. Ну а сейчас неподходящий момент для сообщения таких новостей. Слушание идет полным ходом.

– Расслабьтесь. Положитесь на меня. Это моя работа. – Джоан встает и смотрит на Колина так, чтобы он ощутил всю глубину презрения, которое она к нему испытывает. – Мистер Уайт, – холодно говорит она, – вы сказали, что у вас были проблемы в отношениях с прежней женой.

– Да.

– Но вы не говорили с ней об этом из-за ее эмоциональной хрупкости.

– Верно.

– Не могли бы вы объяснить, что означает словосочетание «эмоциональная хрупкость»?

– Протестую! – вмешивается Мец. – Мой клиент не специалист в области психологии.

– Значит, ему не следовало употреблять таких слов, – возражает Джоан.

– Я позволяю адвокату ответчицы задать этот вопрос, – говорит судья.

Колин беспокойно ерзает:

– В прошлом она лечилась в психиатрической клинике из-за своих суицидальных наклонностей.

– Ах да. Вы сказали, что она пыталась совершить самоубийство.