Сохраняя веру

– Хм… Мистер Уайт, может быть, вы объясните, почему у вас вдруг возникло желание получить полную опеку над Верой?

– Я хотел этого всегда, – спокойно отвечает он. – Просто я посчитал, что сначала нужно встать на ноги. Да и Вере дать время – не вырывать ее из дому сразу после развода, который стал для нее шоком.

– То есть вы заботились о ее интересах?

Колин обворожительно улыбается. Этот человек, думает Кензи, может продавать песок в пустыне. Он может очаровать кого угодно.

– Ну конечно! – Он подается вперед и, выпустив пальцы жены, соединяет руки. – Послушайте, ситуация неприятная, и строить из себя святого я не собираюсь. В тот день я не ожидал, что Мэрайя и Вера нас застанут. Знаю, это не оправдание. Но и вы поймите: у нас не просто… какой-то там флирт. Я люблю Джессику. Я женился на ней. Какие бы проблемы ни возникали у меня с Мэрайей, Веры они не касались. Я ее отец и всегда им буду. Поэтому хочу дать ей такой дом, какого она заслуживает.

Кензи постукивает карандашом по блокноту:

– А чем плох тот дом, в котором она живет сейчас?

В первую секунду Колин, похоже, растерялся, но потом отвечает:

– Ну вы же там были! Разве это нормально, что на девочку, как только она открывает дверь, набрасывается целый журналистский корпус? Господи, разве нормально, что она думает, будто разговаривает с Богом?

– Насколько я понимаю, ваша бывшая жена предприняла попытку оградить дочь от внимания прессы.

– Это она вам так сказала? – У Колина заходили желваки на скулах. – Она сделала попытку уйти от судебной системы. На следующий же день после того, как я сказал ей, что заберу у нее опеку над Верой, она исчезла.

Эти слова заставляют Кензи выпрямиться.

– Она знала, что получит повестку в суд?

– Я сказал: «С тобой свяжется мой адвокат», и – бац! – она залегла на дно.

Кензи делает пометку в блокноте. Ее чуть ли не с пеленок учили уважать закон, поэтому, если у кого-то возникает мысль обойти систему, это уже само по себе внушает ей подозрения.

– Но ведь Мэрайя приехала обратно.

– Это ее адвокат вернула ее. Теперь-то вы понимаете, почему я хочу оградить дочь от влияния бывшей жены? Если во время разбирательства Мэрайя поймет, что ее дела плохи, она соберет чемоданы и снова убежит вместе с Верой. Мэрайя не сможет бороться по правилам, это просто не в ее натуре. Не случайно она несколько лет посещала психотерапевта.

– Вы сторонник психотерапии?

– В определенных случаях – конечно.

– А ваша бывшая жена говорит, что после предпринятой ею попытки самоубийства вы ей такого варианта не предложили.

Колин поджимает губы:

– Простите, миз ван дер Ховен, но, по-моему, вы не совсем объективны.

Кензи смотрит ему в глаза:

– Моя работа – переворачивать камни.