Игрок, забравшийся на вершину. Том 7

Они начинают возводить её в культ, носясь с ней и демонстрируя каждому встречному, словно пытаясь завербовать их в свои ряды. Они начинают верить, что признание своей слабости и смирение с ней есть не что иное, как сила. Это становится образом жизни, девизом и… их верёвкой на шее. Это мышление полностью перекрывает обзор по ту сторону, где торжествуют победители, и такие люди никогда не узнают, что значит быть лучше."

"Их поступки, глаза и позы говорят: «Я слабый. Помоги мне. Позаботься обо мне». Они провоцируют на жалость, и та, словно ядовитые пары, распространяется вокруг них, заражая и ослабляя тех, кто пытается стать сильным.

Уилл видел таких людей повсюду. Он рос среди них. Вокруг словно паслось стадо овец, и он, будучи волком, живущим среди них с самого рождения, изо дня в день слабел, подчинялся и становился ещё одной овцой из отары.

Послушной.

Безвольной.

Предсказуемой.

К счастью, рождённому хищником нужен лишь небольшой толчок для осознания своей силы, и когда нужный миг настаёт, стаду овец остаётся лишь роптать и блеять в попытках вернуть истинного зверя к алтарю однообразия и бесхребетности.

Там, где пересекаются пути невозможного и сильных стремлений, в точке, которую принято называть поворотным моментом, происходит естественный отбор. Раз за разом испытания становятся сложнее, и тот, кто проходит на следующий этап, помимо бесценного опыта приобретает новую силу.

Оказавшись в этом моменте, Ворон, борясь с инстинктом самосохранения и слыша громкий визг логики вкупе со здравомыслием, сжав зубы, пытался в очередной раз выйти за свои пределы. Чувство, что мозг вот-вот расплавится, было столь реально, что, произойди это на самом деле, парень бы принял все как данность и, умирая, даже не стал бы удивляться.

Четверть шага вместе с блюдцем и… Провал.

Попытка встать и… Провал.

Половина шага. Провал.

Провал!

Провал!

Провал!

― Р-р-рр… ― первобытный рык изредка звучал на просторах площадки испытаний и в тесных стенах внутреннего храма.

Казалось, течение времени перестало существовать. Нечто похожее Ворон испытывал в процессе прохождения склепов и когда случайно залез в голову Безумия.

Он ходил по грани сознания, словно танцевал над Бездной, и малейшая потеря чувства реальности и концентрации на задаче могла привести к тому, что боль уничтожила бы его, не дав и шанса взять ситуацию под контроль.

Но среди многообразия боли, что буквально разрывала разум Уилла, на каком-то ментальном уровне к нему приходило просветление. Пока всего лишь обрывки, даже скорее мимолётные образы, но и этого хватило, чтобы пришло понимание того, что все люди как вид находятся в маленькой стеклянной «бутылке» и даже не догадываются о том, что их разум скрывает много неизвестных возможностей.