Вероника

"

"Думали — нырнула. Потом, когда поняли, что дело неладно, поплыли, начали нырять, вызвали спасателей. Но — все напрасно.

…Тело не нашли ни на второй, ни на третий день.

Егору казалось — он выучил наизусть это дно, этот берег и досыта нахлебался речной воды, Он часами сидел на берегу, как терпеливый пес, надеясь, что кто-нибудь окажется удачливее, чем он.

Река не хотела отдавать ему жену и ребенка. Егор не понимал тогда, что уже не сможет жить как прежде.

Он вместе с остальными уехал в город и попытался жить. Честно пытался перемолоть свое горе. Но река звала его назад, она снилась ему настойчиво и неотвязно. И он вернулся.

Он устроился на турбазу сторожем и подчинился своему горю. Долго он ждал от реки чуда, но чуда не было. Прежняя его жизнь — общие друзья, карьера, материальные желания — уже не представляла для Сухарева никакой ценности. Он оставался на турбазе как на границе между жизнью и смертью и уже ничего не ждал. Семь лет, которые он провел здесь и которые для всех людей были наполнены событиями и впечатлениями, для Егора прошли как один длинный и монотонный день. Только последний год, когда турбазу выставили на продажу, в нем проснулся протест и возник азарт. Это его территория, и он ее не отдаст. Он останется здесь навсегда, и ничто не заставит его уехать.

Собственная активность удивляла в первую очередь его самого. Он нашел инвесторов, один банк согласился дать ему кредит под небольшие проценты. Оставалось лишь отпугнуть чересчур богатых покупателей и убедить руководство завода в том, что турбазу можно продать только очень дешево и только ему, Егору. И ему это почти удалось.

Дело осталось за малым, но приехала Вера. Она спутала все его карты. Более того, она нарушила течение его замкнутой жизни своим вторжением. Раньше, после гибели Ани, Сухарев долгое время не видел женщин. То есть он их, конечно, видел, но не замечал. Не мог сказать — красива женщина или нет, привлекательна ли, сексуальна? Он словно что-то такое утратил и думал, что навсегда.

Потом, гораздо позже, Сухарев пришел к выводу, что его замкнутость и отсутствие интереса к противоположному полу только подстегивают любопытство женщин. Так было с Ларисой. Она не знала его — настоящего, все пыталась залезть в душу. А Сухарев не спешил ее туда пустить. Он уже знал про себя, что он — однолюб и тут уж ничего не поделаешь. И вдруг эта его уверенность поколебалась. Как же это произошло? Когда он услышал плач ребенка ночью и вышел посмотреть? Или когда она потащила его смотреть пещеры, а увидела параплан в небе? И незадачливые спортсмены соединили их. Ему это не было неприятно. А ей? Ах да — Коля… Похоже, она тоже однолюб, как и он. И его это взбесило. Почему? Он позволил втянуть себя в чужие проблемы и увяз в них по уши.