Вероника

Тоня опустилась на колени перед креслом и заворковала несусветную абракадабру. Одновременно она положила свою пухлую ладонь на животик девочки и стала поглаживать его круговыми движениями.

— Может, у нас животик болит? — засюсюкала она шепотом. — Нас нужно на животик выкладывать и зарядку делать. Вот так. И массаж… — Все свои рекомендации Антонина сопровождала действиями.

Вера Сергеевна исподлобья наблюдала. Крик перестал быть таким интенсивным. Затем он перешел в кряхтенье, а когда Тоня взяла девочку на руки и прижала к своему теплому мягкому телу, та совсем успокоилась и спустя две минуты приняла соску с молоком.

— У меня никогда так не получится, потому что у меня нет такого мощного бюста, — угрюмо констатировала Вера Сергеевна.

— Начинай отращивать! — огрызнулась Тоня.

— Боже, как я устала! — вскричала Вера, но тут же перешла на шепот, поскольку Тоня сделала ей соответствующий знак. — Я восемь лет не общалась ни с кем из своего бывшего окружения, восемь лет ничего ни о ком не слышала, а сегодня мне пришлось войти в этот мир теней. Ужас!

— Племянницу ты не нашла, — догадалась Антонина, баюкая девочку.

— Какое там! Она уже год не живет дома. Где она — никто не знает. Тетю Оксану парализовало, и она прикована к постели. Ее мужу не позавидуешь. Не говоря о ней самой.

— Ну а твоя сестра?

— Инга в очередном браке где-то в Германии. По телефону, что дала мне тетя Оксана, я до нее не дозвонилась. С дочерью, как я поняла, Инга не общается.

Они крупно поругались по поводу последнего замужества Инги, и Зоя отказалась с ней ехать, думая, вероятно, что мать останется.

— А она уехала?

— Уехала. А Зою оставила на Колю.

— Ну да. А тому не до дочки.

Вера встала, хрустнула пальцами и прошлась по комнате.

— Ему-то, может, и до дочки, но.., его посадили.

Антонина негромко, но выразительно присвистнула и покачала головой.

— Куда ее положить?

Вера кивнула в сторону спальни.

— Да. Круг замкнулся, — сделала она заключение, вернувшись. — И что ты намерена делать дальше?

— Что я могу делать? — Вера всплеснула руками. — Искать эту паршивку! Ну только попадись она мне в руки, ей не поздоровится! У меня прямо руки чешутся! Это надо додуматься! Подкинуть ребенка двоюродной тетке! В сумке! Принести в офис! Если бы ты только знала, Тоня, как я зла! Ведь она могла мне объяснить, рассказать, я бы нашла способ помочь, а она… Мне бы только найти эту вертихвостку!

Антонина усмехнулась, собрала в кучу пеленки и села в кресло.

— Но пока ты будешь искать, ребенку нужно кушать, гулять, писать и какать. Как с этим?

Вера уставилась на домработницу. Лицо ее постепенно смягчилось, хотя для этого хозяйке понадобились некоторые усилия.

— Честно говоря, Тонечка, я надеялась на тебя. У тебя так ловко все получается.