Верный муж

«Быть женой большого ученого – это вам не хухры-мухры», – говорила она, поднимая указательный палец с идеальным маникюром."

"Ничего криминального – просто жила так, как ей нравится. С большим удовольствием и тайным сознанием того, как крупно ей повезло и какую золотущую рыбину ей удалось выловить из мутного пруда ненадежной и скупой на подарки жизни. Дорого, со вкусом обставила квартиру, привела в порядок разваленную дачу, ранее принадлежавшую дряхлому одинокому академику, построила водителя и прислугу. Покупала «качественные» вещи, отдавая предпочтение мехам, бриллиантам и старинной, антикварной мебели. Да и умница – если бы не она, жить им до сих пор не на Большой Грузинской, а в хрущобе на «Полежаевской», на пятом этаже.

В общем, понятно, кто генерал, а кто маршал.

Про нищее детство и многодетную семью Янина Васильевна вспоминать не любила. И как подцепила молодого аспиранта в районной поликлинике, выдавая ему, простуженному, медицинскую карту в регистратуре, тоже предпочла навеки забыть.

Сложилось – и слава богу! Свадьбу сыграли через три месяца после того больничного. Вернее, не свадьбу – так, посиделки. Будущая свекровь невестку оценила – умна, ловка и красива. Пете, в голове которого одна наука, такая жена – в самый раз. А если возьмет по себе, из ученого мира, погрязнут в грязи и в проблемах. В семье достаточно одного гения. Но невестке все же напомнила:

– Ты, милая, из грязи в князи! – Чтобы не зарывалась. На всякий случай.

Молодая Янина глаза потупила и тихо сказала:

– Знаю. И вам благодарна за ласку и за науку. Буду стараться.

И старалась – отменно, надо сказать, старалась.

А то, что свекровь свою возненавидела, – так это в душе. Никто не заметил, никто. Она, жена гения, должна была быть безупречна.

Итак, август, еще целых три недели до первого сентября. Маман настаивала на том, чтобы Лора сидела на даче. Счас! Вот уж полный бред – сидеть сутками под матушкины причитания о необходимости высшего образования и «дальнейшего устройства жизни». Но если с маман еще можно разобраться – меру она знает и регламент ей хорошо известен, – то с папахеном сложнее. Его не оборвешь и морду кислую не состроишь. Сразу скандал: бездельница, привыкла на всем готовом, жизнь – сплошные удовольствия, никакой ответственности и т. д и т. п.

Маман трещит про свежий воздух, горячее питание и прочую чепуху. И как ей объяснишь, что на питание Лоре решительно наплевать и на свежий воздух – тем более, когда в Москве телефон и коварный Рома.

Хотя пару дней можно похлебать матушкиного борща с пирожками и поваляться в любимом гамаке.