Вернуть жену (СИ)

Не думала, что когда-нибудь подобное будет меня не только не отталкивать, но даже напротив - заводить и возбуждать. 

Я вся его - не только телом, но и мыслями, сердцем, душой. Он - мое все. Он и сын. Двое мужчин, которые составляют мой мир. 

- Еще, - прошу, чувствуя, что остается совсем немного. Но вместо того, чтобы сделать это, Амиран замедляется, довольно ухмыляется и делает плавное движение бедрами, мучительно медленно, словно зная, как сильно изводит меня этим.

- Скучала? - спрашивает низким хриплым голосом. Сейчас он выглядит так порочно и соблазнительно, что я напрочь забываю о том, что могу показаться слишком испорченной. С силой вдавливаю пятки в его бедра, стараясь получить желаемое.

- Докажи, - требует муж.

Его игра начинает злить. Потому что я уже на грани. Вцепляюсь в его плечи, приподнимаюсь и целую. Кусаюсь, вообще веду себя куда агрессивнее. Где-то мелькает мысль, что Казаев не простит подобного, особенно когда на языке чувствую металлический привкус.

- Нахалка, - выдыхает мне в губы с каким-то предвкушением. В его глазах такое желание, что только от одного взгляда у меня пробегают мурашки. Потому что знаю - мы оба горим. Оба тонем в том, что происходит. - Полетели, родная…

Наши тормоза отключаются, словно их просто вырубает. Мысли о том, что допустимо, отходят на задний план. Я совершенно не думаю - уместно ли? Как это будет выглядеть? Я ласкаю своего мужчины, стону в голос, напрочь забыв, что мы в доме не одни. 

Для нас есть только этот миг, который мы делим на двоих. Смотрю на мужа и в очередной раз убеждаюсь, что те фото - наглая ложь. Он не был бы таким. Просто не смог. Казаев не такой. Он отдается страсти от и до. И если бы правда трахал ту блондинку, то я уверена в его позе не было бы расслабленности, а глаза уж точно не были бы закрыты, словно он устал.

Чем яростнее Амиран трахает меня, тем больше во мне расходится желание. Кажется, кончики пальцев начинает покалывать. Это очень странное состояние, но я кайфую. И когда терпеть уже просто не выходит, когда его умелые пальцы оказываются на узелке чувствительно плоти, а зубы смыкаются вокруг соска, я разлетаюсь на части. Просто отключаюсь, переживая орагзм, который оказывается слишком ошеломительным. 

- Я тебя… никому не отдам… - с трудом различаю слова. Чувствую финальные движения мужа, как он изливается в меня и счастливо улыбаюсь. Потому что я тоже. Тоже его никому не отдам.

Поступок моего отца не укладывается  в голове. Я до последнего надеюсь, что он ошибся. Что поймет насколько неправ. И на следующий день, оставив Рамиля с Фаридой, отправляюсь домой к родителям. 

Они теперь живут в другом месте, более скромном. Вероятно это связано с тем, что им пришлось уезжать.

Когда подхожу к нужному дому, с трудом успокаиваюсь.