После развода. Вернуть жену

Хмурюсь и хлопаю широко распахнутыми глазами, не соображая, как он тут оказался. Мама. Наверняка она ему сказала, где меня искать. Внутри рождается отторжение. В последнее время все внутри хочет уединения, мне хочется оградить себя от лишнего общения и спрятаться в надежном укрытии, закрывшись за семью замками.

В мои планы не входит друг детства, который хочет обрести статус моего мужчины. Но я сейчас отчетливо вижу по его глазам, которые светятся, что Алик твердо намерен сблизиться со мной.

— Твоя мама сказала, что ты одна поехала к врачу, — тем временем говорит он, подходя ближе и улыбаясь Бусе. — А кто тут у нас такой славный? Давай я его подержу? — обращается уже ко мне, без лишних уговоров беря ребенка, который тут же начинает извиваться в его руках. Явно не хочет идти на контакт. Личико кривится, он готов расплакаться. Алик ему чужой.

— Привет, Алик, он после педиатра, там покричал немного, давай я лучше сама, — зачем-то оправдываюсь, прячу взгляд, беру ребенка и иду в направлении гардероба. Алик устремляется следом, рассказывая о себе и расспрашивая меня о Соне, о планах на жизнь, и мы неминуемо касаемся темы Демида.

— Я поддерживаю твою маму, — убеждает меня Алик, увлекая в сторону своей машины. — Давай довезу до дома, и мы поговорим.

— Сперва мне нужно в аптеку, — показываю кивком в сторону аптечного киоска, и Алик берет у меня из рук рецепт, собираясь заплатить. Коротко спорим, но он ничего не хочет слушать.

— Ты помогала мне финансово в трудной ситуации, теперь моя очередь.

И мне кажется, что он говорит вовсе не о деньгах, когда так уверенно обещает заботиться обо мне. Но разве я дала ему какую-то надежду? Мы толком и не списывались в последнее время.

— Я не знаю, что у вас за договоренности с Демидом, но рано или поздно тебе нужно будет съехать с его квартиры и на что-то жить, — начинает Алик, стоит нам усесться в его авто и покинуть парковку медицинского учреждения.

— Я в курсе, — сцепив зубы, прикрываю глаза. Они решили с мамой на пару меня донять.

— У тебя должна быть уверенность в завтрашнем дне."

"— Алик, давай оставим этот разговор на потом? Когда Сонечка не будет в опасности. Сейчас я могу думать только о ней, — поворачиваю голову к нему, вглядываясь в профиль, на котором играют желваки.

Руки крепко сжимают руль, ноздри раздувается, и мне кажется, что сейчас Алик начнет учить меня жизни, но, к счастью, он сосредотачивается на дороге. А я устала всем объяснять очевидное! Да когда же они от меня отстанут и дадут мне просто пережить этот и без того нелегкий период жизни?

— У тебя есть код? — обращается ко мне Алик, остановив машину возле железных ворот.

Отрицательно мотаю головой, потому что я не собиралась проезжать на машине через них.