Вернуть любой ценой

Цепенею от страха. Даже закричать не могу. Хотя кто меня услышит на пустой улице. С одной стороны заброшка, а с другой – Дроздовы. Эти, хоть оборись, никогда не придут на помощь.

– Дай ключи и садись в машину, – велит мне Торганов. – Сам принесу.

– Еще Зеро покормить надо, – спохватываюсь я. Инстинктивно тяну время и стараюсь не смотреть на крепкую фигуру моего мучителя. За время, что мы не виделись, Виктор Петрович превратился в самого настоящего красавца. Да и раньше был ничего так.

– Хорошо, – терпеливо соглашается Тор. – Кормим собаку. Забираем кресло и едем. Только учти, Лиза. Это единственный шанс решить проблему миром. Хоть одна выходка с твоей стороны и пеняй на себя.

– А что ты мне сделаешь? – смотрю с вызовом.

– Увидишь, – цинично усмехается Торганов. – Но лучше не нарываться. Это тебе мой такой дружеский совет, – добавляет ощерившись.

Дергаюсь как от удара. Сразу же на ум приходят рассказы невестки. Аня у нас адвокат. И пару раз защищала девчонок, у которых мужья и их родственники отнимали детей. Одну девочку даже посадили…"

"– Даня, пойдем Зеро покормим, – предлагает Витя ребенку и помогает выйти из машины. – А то мы уедем, он проголодается, – объясняет, улыбаясь довольно.

«Вот когда он настоящий?» – удивляюсь мысленно переменам в Торганове. Меня одним взглядом сожрать готов, а на сына насмотреться не может.

– Зеро чужих не любит, – тут же докладывает Данька. – Знаешь, как он кусается больно?

– Но нас он любит, – весело замечает Торганов и поворачивается ко мне. – Чем кормить? Готово уже? Или ты только кости собралась размораживать?

Словно на автомате бегу в кухню за кастрюлей собачьего варева. Затем на крыльце высыпаю кашу с мясом в собачью миску.

– Лиза, а кресло? – дает мне новое поручение Тороганов.

– Зеро! – зову пса и одновременно достаю из кармана ключи от машины. И щелкая сигнализацией Рэнджа, сама себя ненавижу за бесхребетность и малодушие.

– К собаке нельзя подходить, сынок, – поднимает сына на руки Торганов и снова буравит меня гневным взглядом. Будто выговаривает за все мои прегрешения. И за Зеро тоже.

– Все, Лиза, – роняет, предупреждающе. Установив автокресло в мерс премиум-класса, совершенно спокойно усаживает ребенка. – Едем, сынок.

– А мама? – растерянно спрашивает ребенок.

– И мама тоже, -спохватившись, бегу к машине.

– Садись с Даней, – открывает заднюю дверцу Тороганов. И усевшись за руль, щелкает центральным замком.

– Куда ты нас везешь? – интересуюсь запоздало.

– Домой, – отрывисто бросает Витя. – Там и поговорим. А пока можешь поспать, Лиза, – разрешает великодушно.

«Вот спасибо!», – сжимаю губы, силясь не разреветься. Какого я струсила? Не заорала? Не выставила Торганова вон. Не захлопнула дверь перед его носом.

Как он когда-то просил.