Вернуть любой ценой

 – Напиши список необходимого, Лиза, – совершенно спокойно заявляет Торганов и точно знает, что его поручение будет выполнено. А разве бывало по-другому?

– Я не понимаю, зачем тебе на нас тратиться, – пожимаю плечами. – Мы погостим до завтра и уедем. У меня дел полно и планы на Новый год.

– Да ну? – криво усмехается Витя и роняет, не скрывая злости. – Ты, красавица, можешь вернуться хоть сегодня. Никто тебя не держит. А Данияр останется со мной.

В ужасе таращусь на красивое лицо. Залипаю взглядом на прочерченной линии красивых губ, искривленных от тщательно скрываемой злости. Не знай я этого человека с самого детства, ни за что бы не догадалась о чувствах, клокочущих у него в груди.

Я виновата перед ним. Ужасно виновата.

– Даня, тебе какая комната больше нравится? – улыбается сыну Торганов. – Давай, помоги маме.

– А у меня будет отдельная комната? – спрашивает хитрый маленький перец, мой сын.

– Конечно, – кивает его отец. – Выбирай, где хочешь жить.

«О господи!» – заламываю руки. Торганов прет как танк, сметая на своем пути все ненужное. Ну и меня заодно.

– Витя, – прошу тихо. – Пожалуйста, не надо. Не обещай то, что потом не выполнишь. Ты забудешь, а Данька будет ждать и плакать.

– Запомни, девочка, – хватает меня за запястье Торганов. – Я прекрасно отдаю отчет в собственных действиях. И еще раз повторяю для непонятливых. Мой сын будет жить со мной. Ты – по желанию. Насильно тут тебя никто не держит. А вот за Даню я поборюсь. Хочешь попробовать?

Сердитые серые глаза пронизывают до мозга костей. Даже спина покрывается инеем. Враждовать с Торгановым? Да боже меня упаси. У него точно везде свои люди. Стоит только намекнуть…

Видимо, все мои эмоции отражаются на моем лице. И Вите нетрудно считать их.

– Тогда располагайтесь и через полчаса спускайтесь вниз, – роняет он небрежно. – Я пока приготовлю ужин.

Красивый и властный мужчина направляется к лестнице, а я как дура пялюсь на узкие бедра в плотных джинсах и широкие плечи, обтянутые синим свитером.

– Папа! Папочка! Я с тобой, – вылетает из комнаты Данияр. – Ты куда?

– Я никуда не ухожу, малыш, – садится на корточки Витя. – Ты бы помог маме. А потом вместе покушаем. Идет?

– Да, – кивает Данька. – Только я хочу с тобой. Я так соскучился…

Одним рывком Витя прижимает ребенка к себе. Целует в висок в макушку. А потом выдыхает чуть дернувшемся голосом.

– Я тоже, сыночек. Я тоже.

И в этот момент я готова поклясться, что Торганов плачет."

"Всесильный и хладнокровный Виктор Петрович тоже не всегда может сдержаться.

– Для начала тебе нужно снять теплые штаны и свитер, – выдыхает он, поднимаясь на ноги. – Давай помогу, – предлагает, растягивая губы в улыбке.

И ни в коем случае не хочет показать ребенку, как его бомбит. Может, стоило и сказать о сыне.