Вернуть истинную

А у двери ненадолго прижимает к себе и целует в макушку.

— До завтра, Ани. Сладких снов, — желает слегка хриплым голосом, а потом неторопливо уходит дальше по коридору. К себе.

Сил, чтобы еще раз осмотреться в спальне, не нахожу. Раздеваюсь и сразу ложусь. Засыпаю почти мгновенно. И в эту ночь мне ничего не снится.

А уже утром я знакомлюсь с оборотнями Джейкоба.

— Джек Торов, — совсем легонько, будто боится причинить боль, пожимает мне руку молодой, привлекательный мужчина с необычными практически белыми, словно седыми волосами. — Приятно познакомиться, Анила.

После вчерашнего постоянного сокращения имени полная версия мне кажется уже немного жесткой. Но желания поправить бету отца не возникает.

Он не наш истинный, чтобы звать тебя «Ани».

Ворчливо сообщает ревностно охраняющая меня Золя.

Да я ему и не предлагаю, — хмыкаю, не успевая сдержать улыбку. — Не ворчи, злюка.

Еще и не начинала. А ты будь аккуратнее, еще нам ревности Лина не хватает. Смотри, вон как этот блондинчик тебя разглядывает.

Ему просто интересно, — отвечаю волчице мысленно, а сразу после вслух Торову. — Приятно познакомиться, Джек.

Дальше меня знакомят с Сарком, Веном, Кулом и еще двумя оборотнями, которых Джейкоб приглашает после завтрака в свой кабинет. Все они выглядят уже постарше. Примерно, как и папа, лет на тридцать пять — сорок.

И вот там, в кругу шести преданных отцу двуликих, я еще раз повторяю историю своих приключений, но лишь до момента, когда происходит пожар, и я теряю сознание.

Вначале голос немного играет, поскольку волнение присутствует. Но негласная поддержка отца и явное расположение на лицах остальных помогают постепенно расслабиться. И когда наступает время вопросов, отвечаю на них смело и четко.

— Папа, а ты не думал, что изначально мог просчитать не всех? — спрашиваю, когда мы остаемся вдвоем.

После недолгих обсуждений, Джейкоб раздает задания помощникам и отпускает их собирать информацию.

— Я тоже об этом вчера размышлял, — кивает он, догадываясь к чему я веду. — Похоже, я срубил лишь верхушку преступной головы, а серый кардинал остался в тени.

— Да? А ты как пришел к этим выводам?

Мне очень интересна логика отца и его мнение, основанное на опыте и профессионализме. На совещании я следила, как внимательно его слушали другие, как уважительно ловили каждое слово и с радостью кивали, получая наставления. И гордилась. Гордилась, что он — мой папа. Самый надёжный, самый сильный, самый лучший на свете."

"— Поставил себя на место преступников, — откинувшись в кресле и немного подумав, медленно произносит Джейкоб. — Если подумать, то Вуличи могли так нагло действовать только при одном условии: у них было очень и очень надежное прикрытие.