Вернуть истинную

Давай уже! Не томи, открывай скорее!

Слегка дрожащими руками подхватываю белоснежный конверт и лишь со второй попытки достаю небольшой лист бумаги, явно вырванный из блокнота.

«Ани!

Не смог тебя разбудить, слишком сладко спала. На восточной скважине произошел пожар. Я вернусь, как только решу этот вопрос. Буду сегодня вечером, самое позднее — завтра утром.

P.S. Пожалуйста, дождись меня и никуда не исчезай! Нам нужно поговорить!!!

Л.»

Пробегаю глазами по строчкам раз, второй. И останавливаюсь, лишь когда понимаю, что выучила текст наизусть.

Пожар. Он уехал. Там опасно? Надеюсь, он будет не один.

Атакует тысяча беспокойных мыслей.

Матушка-Луна, пусть с ним ничего плохого не случится! Молю!

Возношу просьбу богине, на секунду прикрывая глаза. А затем резко вскакиваю с кровати и несусь одеваться. Может быть, кто-то знает о произошедшем больше.

— И с чего он взял, что я собираюсь куда-то исчезать? Да ни за что! Нам еще Солану спасать, — ворчу, натягивая теплый флисовый спортивный костюм и кроссовки на высокой подошве.

Как по мне, в этой одежде вполне приемлемо выходить к завтраку, а к девочкам в больницу ехать — вообще самое то. Да и переодеваться по несколько раз в день не хочется.

А если Марица вновь скажет своё капризное «фи», пусть засунет его глубоко… Ну, ты меня понимаешь, — обращаюсь к Золе мысленно.

Понимаю и поддерживаю.

Летит довольный ответ.

Глава 37

АНИЛА

— Доброе утро. А альфа уже уехал? — уточняю у Цефа, поскольку он первый попадается на глаза, стоит спуститься на первый этаж.

— Да, Анила, уже уехал. Доброе утро, и прошу к завтраку. Стол уже накрыт.

Сегодня утром помощник Лина выглядит иначе. Сосредоточен, серьезен и явно взволнован, пусть и старается этого не афишировать. И при всём безукоризненно вежлив.

Понятное дело, пожар — не шутки. А ему приходится оставаться здесь, а не сопровождать своего альфу. Неужели из-за меня или...?

— А госпожа Булова тоже уехала? — решаю вызнать побольше.

Может, конечно, он и не ответит, но за спрос, как говорят, денег не берут.

— А госпожа Булова может ответить за себя сама, — раздается надменное из-за спины.

Резко оборачиваюсь и наталкиваюсь на лед в желто-карих глазах и широкую улыбку, сильно смахивающую на оскал.

Госпожа Марица собственной персоной.

— Нет, я осталась здесь, потому что наш радушный хозяин не захотел рисковать моей ценной жизнью, — просвещает она меня, испытывая явное удовольствие. — Еще неизвестно, что там на этих разработках случилось, и как сильно все пострадало.

— Совершенно верно. Ваша безопасность приоритетна, — соглашается Цеф, однако, его лицо при этом теряет любые эмоции и превращается в маску.

Вот так посмотришь и не поймешь, говорит он правду или поддакивает, вынашивая собственные интересы. Точнее, интересы своего вожака.