Вернуть Боярство 23

Ровно с тремя свойствами — расширенным объемом на пятьдесят литров, повышенной прочностью, соответствующей какому-нибудь защитному предмету седьмого ранга, и возможностью хранить в себе десяток различных напитков, не смешивая их. Хотя нет, вру — было и четвертое свойство. Нетленность, позволяющая не беспокоиться о том, что содержимое фляги может испортиться от времени или воздействия внешних факторов. Один из тех магических предметов, что не несли в себе практической пользы в боевом или каком-либо ином смысле, являясь предметом роскоши. Кричащей роскоши — ибо предмет был восьмого ранга…

Молчали мы несколько минут. Я не торопил своего бывшего наставника и командира с ответом, он же явно собирался с мыслями. Странная какая-то ситуация, видит Творец-Всесоздатель, ведь мы оба знали, чем все должно кончиться. А сидим сейчас бок о бок, будто старые друзья, общаясь за жизнь.

— Знаешь, я иногда представлял себе наш с тобой разговор, — неожиданно признался чародей. — В моменты, когда было особенно тяжело, я искал в подобных фантазиях утешение. Только обстоятельства, разумеется, в моем воображении были обратными нынешним.

Он сделал еще один глоток и протянул мне флягу обратно. Мысленным усилием сменив напиток с коньяка на местную настойку на кедровых орешках и нескольких магических травах, тоже приложился к горлышку.

— Ты ведь реинкарнатор, Аристарх. И прожил наверняка не один век, так что у тебя, наверное, иное отношение к любви, — продолжил он. — Но для меня Маша была всем миром. Несмотря на то, что изначально наша помолвка была заключена по расчету, чтобы еще больше укрепить союз наших Родов, мы полюбили друг друга по-настоящему. Когда меня с позором изгнали из Рода, ее родители требовали порвать со мной, и она легко могла найти себе достойную партию, но вместо этого осталась со мной… Я знаю, что Маша была далеко не ангелом с другими — но какое мне до этого дело? Мы были счастливы друг с другом, а потом ты убил ее. Каким бы я был мужчиной, проглоти я это и смирись? Жить дальше, будто ничего не случилось, будто это случайность или несчастный случай, забиться в самую глубокую нору, чтобы не отсвечивать, опасаясь, что ты и за меня возьмешься? Это путь слабака, бесхребетного ничтожества… А я таким быть не желал.

— И потому лучше было стать тем, кем ты стал? Одного взгляда на твою ауру достаточно, чтобы понять, сколько ужасов на твоей совести, — заметил я.

— Хорошее, плохое, — равнодушно пожал он плечами. — Какая разница? Все это вещи относительные, зависящие лишь от точки зрения. Минус легко меняется на плюс, и наоборот — все зависит только от результата. И лишь ноль остается нолем… Ты сам тому ярчайший пример, реинкарнатор.