Вернуть Боярство 23

Воздух в комнате зарябил, наполнился сотнями разноцветных огоньков, которые стремительно слились воедино и создали весьма качественную иллюзию.

— И последний аккорд, — пробормотал Император. — Думаю, иных зрителей, кроме нас, к этому зрелищу допускать не стоит…

Иллюзия окончательно оформилась и появился звук.

— В Небесах и на Земле лишь Я — достойный! — провозгласила иллюзия, изображающая хорошо известного всем присутствующим Николаева-Шуйского.

Две с половиной минуты длился весьма странный по меркам высших магов бой. Странный даже не своей длительностью, а скорее его темпом. Добрых три четверти всего ушедшего на бой времени волшебник потратил не на сами боевые действия, а на то, чтобы осыпать своих оппонентов оскорблениями. А ещё…

— Что он имел в виду, утверждая, что те твари — Боги? — первым рискнула нарушить воцарившуюся после исчезновения иллюзии тишину Фарида. — Это же невозможно, с какой стороны не посмотри, верно? Боги не могут попасть в наш мир, а даже если умудряются это сделать — теряют большую часть сил на время нахождения здесь. Следовательно, такая толпа Богов, целый Пантеон, не могли внезапно дружно сойти с ума и отправиться туда, где они лишены почти всех сил и рискуют нарваться на врага. Либо наоборот — вылезли, потому что им, каким-то образом, с помощью жрецов и жертв на некоторое время удалось попасть к нам, сохранив большую часть сил… Но тогда ни о какой победе Николаева-Шуйского речи идти не может!

— Скорее всего, там был всего один Бог, — предположила спокойно Валентина. — Младший, в крайнем случае — сильно ограниченный Средний. А все прочие — его свита.

Иллюзия не передавала аур сошедшихся в бою противников, а используемые ими чары визуально выглядели чем-то крепкого восьмого ранга, не более. Поэтому зрителям было сложно определиться, что же именно за враг только что на их глазах был побежден сибирским реинкарнатором. Вариант, что следовал из контекста речей Аристарха, отвергли сходу и единодушно, как слишком нереалистичный.

— И что значили те его слова? Какие тридцать три Воителя и Вечная Империя? — присоединился Собакин. — Имя-то ладно, наверное, из прошлой жизни… Видимо, остальное оттуда же.

К диспуту присоединился и Титов, остальные же молча слушали, не спеша поддержать одну из сторон или предложить свою версию. Императрицу куда больше заинтересовало то, что проглянуло на миг из её мужа. В тот краткий миг, осознала она, им предстало то, что Николай скрывал под всеми своими масками и образами. И ей очень, очень хотелось бы знать, что же это было…

Однако Император вновь стал таким же, как обычно. Не вмешиваясь в разговор, он с задумчивым видом улыбался каким-то своим мыслям, пустым взглядом глядя на столешницу.