Алька Верник и наследие предков

Они мирно беседовали и… Эльф клеил эльфийские уши андроиду!!!

– Аль, ты видишь то же, что и я? – прошептала мне Хуня.

– А что ты видишь? – почему-то тоже шепотом спросила я.

– Девочки, – улыбнулся Фигорм, – что же вы там стоите? Проходите!

– Спасибо, – ухмыльнулась я, протискиваясь мимо застывшей подруги в отсек. Судя по напряженному дыханию, Хуня копила силы!

– Прячься, – пришлось предупредить эльфа, который в этот момент клеил второе ухо.

– Вулкан? – тихо спросил Фингорм, лукаво улыбаясь.

– Хуже… Армагидец!

– Кто? – удивился он.

– Узнаешь… – и я скользнула на безопасное от ожидаемых действий расстояние.

– Это что же ты, паразит, делаешь? – совсем по земному заявила Хунька, уперев руки в бока и шагая к эльфу, – это же кто научил тебя чужое имущество портить? А?

– Да не портил я! – стушевался эльф, – это тюнинг! Акклиматизация андроида под новое место пребывания.

– Акклиматизация? Тюнинг? – недобро переспросила подруга, надвигаясь, как снежная лавина. Очень злая, разъяренная лавина.

– По-моему, хорошо вышло, – радостно сообщил эленмарский самоубийца, приподнимая светлые локоны Феклуши и демонстрируя быку красную тряпку, а именно – биомассовые, острые кончики ушей, прочно посаженные на крумулянский вечный клей.

– Хорошо вышло? – вопила Хунька. Собственная речь ей от негодования отказала, и она могла только повторять слова эльфа, захлебываясь злостью.

– Конечно, – заверил ее Фингорм, – ровненько, надежно и как настоящие. Не отличишь же!

С этими словами, он встал с кресла, приподняв свои волосы, спадавшие золотым водопадом на плечи, и продемонстрировал абсолютно идентичные ушки. На мой взгляд, очень симпатичные.

– Ты испортил моего эксклюзивного андроида! – заорала на эленмарца подруга, почти вплотную подойдя к нему.

Смотрелись они странно. Невысокая очень разгневанная Хуня, едва доставала макушкой до груди белобрысого, и ей все время приходилось задирать голову, выплескивая на него очередную порцию обвинений. А Фингорм улыбался и смотрел на нее со снисхождением и… нежностью.

– Тише, – мягко попросил эльф, – ты же в прошлый раз меня заверила, что модель типовая и не особо ценная, что у вас с такой внешностью просто каждый второй андроид ходит. Это воплощение дизайнерской идеи в потоковом производстве, а вовсе не девичьи грезы о прекрасном, не побоюсь этого слова, во всех отношениях мужчины.

– Да, какая тебе, вообще, разница? – буйствовала подруга, – ты целенаправленно испортил мое имущество!

– Я лишь сделал его еще прекраснее.