Алька Верник и наследие предков

– Любят не за что-то, а вопреки, – усмехнулась в ответ, – жди меня, я скоро!

– Так и знай, Верник! Вернешься после полуночи – домой не пущу! – добродушно поворчала подруга.

– Я своим ключом открою! – крикнула ей уже изрядно отойдя в сторону лифта.

Отсек Белиготара Сорга находился все на том же злосчастном преподавательском этаже. Мимо двери тентурийца я пробиралась на цыпочках, тихо-тихо, как мышка. Уже свернув за угол, перевела дыхание, прислонившись к стене. Из соседнего коридора вышел высокий мужчина эленмарец. Одет он был в форму, отличающуюся от обычного обмундирования ВЗА, но нашивки на ней – тангирские. Ого! Старший офицер – серьезная шишка.

– Что здесь делают хорошенькие курсанточки невиданной масти в столь поздний час? – спросил незнакомец.

Если голосом можно облизать с головы до пят, то именно это он и сделал, заставляя мои ноги задрожать. Горячая волна огромным цунами омыла все тело. Сердце отстукивало зажигательные ритмы, а я все же решилась поднять глаза на офицера. Ну что сказать? Хорош? Прекрасен? Великолепен? Каждое из этих слов не подходит и звучит как-то избито, отражая реальность лишь на определенную долю. Мужчина был сном, фантастикой, сокровенной мечтой, девичьими грезами наяву. Высок, строен, широк в плечах. Форма подчеркивала все достоинства мужской фигуры, да и не имелось там недостатков, вот совсем – не имелось! Этот офицер в форме смотрелся просто как сладкая конфета в золотом фантике, вызывая эйфорию и обильное слюноотделение. Светлые, как у всех эленмарцев волосы, собраны в хвост. В глазах, цвета нишапурской бирюзы, с золотыми искорками можно утонуть. И я бы утонула, если бы красивые губы незнакомца не искривила скептическая ухмылка.

– Птенчик потерял голосок? – промурлыкал эленмарец, подойдя ближе.

И этот его саркастический тон заставил очнуться. Стыдно то как, уставилась на незнакомого мужика, рот раскрыла, да еще и сказать ни слова не могу!

– Не думала, что нужно отчитываться, каждому встречному офицеру! – смерила его грозным взглядом.

– Оу, у птенчика прорезался голосок, – продолжал издеваться блондин.

– Прекратите называть меня вашими… вашими… – от злости нужное слово никак не находилось, – словечками!

– Уменьшительными… – незнакомец подошел еще ближе и теперь стоял почти вплотную ко мне. Чтобы взглянуть в его лицо мне понадобилось бы поднять голову, – ласкательными… у меня так много этих слов в запасе, малышка. И все они будут твои, если захочешь.

– Не захочу! – мне пришлось оттолкнуть блондина с дороги, – и, вообще, я спешу!

– Куда же ты, птенчик? Ведь мы еще даже не познакомились! – воскликнул мужчина, но я уже быстрым шагом удалялась от него.