Верни мне сына

— Но ты должна есть, слышишь? Ты же хочешь сохранить ребенка?

Ксюша болезненно кривит губы, из ее глаз вырываются слезы.

— Я ушла от него… — едва слышно произносит она. — Переехала от него в свою квартиру и хотела начать жизнь с чистого листа. Но он ночью приехал, и…

Она накрывается одеялом, которое тут же начинает дергаться от ее рыданий. Я кладу голову на ее спину и всячески пытаюсь успокоить.

— Он ответит за это, Ксюш! Клянусь, Денис сделает все, чтобы этот урод загремел за решетку.

— Ма-а-а-тушки... Так это ее парень такое сотворил? — охает женщина с забинтованной головой.

— Никак отец ребенка? — подхватывает вторая.

Ксюша резко скидывает с головы одеяло, приподнимается на локтях и смотрит на них озверевшим взглядом.

— Да перестаньте вы уже кудахтать! «Ксюша поешь», «Ксюша поговори с нами», «Ксюша расскажи, что случилось», — взвизгивает сестра. — Меня взяли за волосы, ударили головой об холодильник, вывернули руку до хруста и напоследок с размаху разбили губы — вот, что сом мной случилось! Теперь довольны?!

Ксюшу трясет от злости, в глазах женщин застывает растерянность.

— Можете оставить нас на пару минут? — умоляю их я.

— Пошли, Валь, — вставая с кровати, говорит женщина и подает второй костыли. — Там в коридоре журналов много, глядишь, и сканворды найдем.

— Да, идем, идем, — кряхтит вторая и, опираясь на костыли, медленно ковыляет к двери.

Как только мы остаемся одни, Ксюша прерывисто вздыхает, и устремляет взгляд в морозное окно.

— Я честно порвала с ним, Ань, — всхлипывает сестра. — После того случая с Даней у меня в голове что-то щелкнуло. Мне захотелось изменить свою жизнь, замолить грехи перед тобой и сыном, перестать искать приключений и остепениться, в конце концов.

Она переводит на меня взгляд полный обиды и боли, стискивает в кулак край одеяла.

— Мне осточертело вариться в дерьме среди пьяни, наркоманов и разврата. Я устала танцевать полуголой перед долбаными извращенцами, которые тянут ко мне свои грязные руки и суют в чулки деньги. А зачем я все это делала, Ань? Да затем, чтобы отработать долги за Никиту! Он использовал меня, как марионетку, понимаешь? Как в сказке про Буратино, я плясала на сцене, чтобы заработать денег для какого-то чертового Карабаса-Барабаса, — снова пускается в слезы сестра.

— Он избил тебя, потому что ты отказалась добывать для него деньги?

Ксюша качает головой, поджимает губы.

— Да…

Я запускаю пальцы в волосы, громко выдыхаю.

— Да как он посмел поднять на тебя руку?! Ведь ты носишь под сердцем его ребенка!

— Он не знает, — гнусавым голосом сообщает Ксюша.

— То есть? — выпучиваю глаза я. — Ты не рассказала ему о беременности?

— Нет… — опускает она взгляд. — Я боялась его реакции.