Когда ты вернешься ко мне

 – Ну… ты подавал заявления в колледж?

– У нас сейчас светская беседа, да?

– Не знаю. Это лучше, чем вообще не разговаривать. Разве нет?

Он мгновение смотрел на меня, а затем прислонился к ограде.

– Я не собираюсь в колледж.

– А чем планируешь заняться после того, как мы окончим школу?

– Исчезнуть.

По коже пробежал холодок.

– И что это означает?

– Я собираюсь путешествовать, – пояснил Холден. – Или нет. На самом деле еще ничего не планировал. Разве что получить от родителей наследство и больше никогда не иметь с ними ничего общего.

– С твоим умом ты мог бы выбрать любой колледж. Черт, да ты мог бы уже получить три высших образования! Или преподавать где-нибудь.

– Ты действительно можешь представить меня перед классом? Проверять работы и проводить время в кабинете, как обычный придурок?

Я скрестил руки на груди.

– Ага. Могу.

Он изучающе меня оглядел, словно решая, шучу я или нет, а затем покачал головой и понизил голос:

– Не-а, вообще без вариантов.

Я прислонился к ограде рядом с ним, но не слишком близко.

– Твои родители когда-нибудь пытались с тобой связаться?

– Нет. И это к лучшему. Они причинили достаточно вреда, не находишь?

– Я тебя поврежденным не считаю.

– Ты просто хорошо меня не знаешь. – Его пронзительные зеленые глаза с вызовом впились в мои. Заставляя меня вспомнить все, что произошло между нами той ночью в бассейне.

Как будто я мог забыть.

– А как насчет тебя? – поинтересовался он. – Ты уже решил, какой счастливый университет почтишь своим присутствием?

– Сузил круг поисков до нескольких. Техасский или Алабама, наверное.

– Папа будет гордиться.

– Ага, будет, – согласился я, пристальным взглядом призывая его вспомнить, как я рассказывал ему о своей жизни то, о чем не знает больше никто.

Он быстро отвел взгляд, враждебное выражение его лица смягчилось.

– Прости. Это не мое дело.

– Я сделал это твоим делом.

– Верно. В ту ночь ты многое сделал моим делом, – добавил он с лукавым взглядом и провел большим пальцем по своей нижней губе.

Я рассмеялся, хотя кожу обдало жаром. Господи, я не мог перестать пялиться на этого парня, который выглядел как чертово произведение искусства, дорогая одежда скрывала его тело, словно подарок, ожидающий, когда его развернут.

– Сезон закончился, что теперь будешь делать со всем своим свободным временем? – спросил Холден.

– Проводить больше часов в автомастерской. Подумываю предложить своему отцу расширить бизнес и заняться реставрацией автомобилей.

– Делать старый, поломанный хлам блестящим и новым?

– Мне больше нравится думать об этом как о возвращении их к жизни.

– Звучит весьма благородно. Как думаешь, он пойдет на это?

– Скорее всего, нет. – Холден начал было говорить, но я прервал его: – Сейчас все хорошо. Маме лучше.