Когда ты вернешься ко мне

Мы с Ривером сидели подальше друг от друга, насколько позволяли стены одного помещения. Он не смотрел на меня, а я не смотрел на него. Как будто субботы никогда и не было. Когда урок закончился, а Ривер так и не посмотрел в мою сторону, мне показалось, что мы стерли не только ту ночь у бассейна, но и все мимолетные мгновения, случившиеся у нас со дня нашей встречи.

Теперь не осталось ничего.

Потому что это была ошибка.

В тот день после школы Джеймс отвез меня на утесы. Спотыкаясь, я добрался до Хижины, где перед костром уже сидели Миллер и Ронан, Миллер перебирал струны гитары, а Ронан пил пиво.

– В чем дело, джентльмены? – Я тяжело опустился на стул. День был серый и пасмурный, но я не снимал свои солнечные очки от Bvlgari, чтобы скрыть затуманенные глаза."

"– Да что с тобой? – спросил Миллер. Выражение его лица хранило такое же хмурое и обеспокоенное выражение, как всегда. – Ты в порядке?

Я напился с Ривером Уитмором и сосал его большой палец, как будто это был его член. А как прошли ваши выходные?

Я вынужден хранить тайну Ривера, даже если она его душит, но зато получилось удержать его подальше от Вайолет.

А это уже что-то.

– Чудесно, – ответил я. – А как твой Осенний бал?

Ронан фыркнул и отхлебнул пива. Миллер показал ему средний палец.

– Что-то пропустил? – поинтересовался я.

– Этот засранец, Уитмор, бросил Вайолет одну на балу.

– Да ладно, – отреагировал я, чувствуя на себе взгляд Ронана. – Значит, ты примчался ее спасать и теперь вы будете жить вместе долго и счастливо.

– Не совсем, – ответил Миллер. – Я переспал с Эмбер.

– Вот это поворот. Зачем?

– У меня упал сахар, и я был пьян. Это была ошибка.

– Где-то я это уже слышал, – пробормотал я.

Миллер покачал головой.

– В любом случае, это не оправдание. Что случилось, то случилось, и я собираюсь извлечь из ситуации максимум пользы. Посмотрим, вдруг у нас что-нибудь получится.

Ронан снова фыркнул, и Миллер бросил на него рассерженный взгляд.

– Очевидно, вы уже подробно обсудили этот поворот событий до моего прихода, – заметил я. – Ронан, ты не одобряешь?

Он фыркнул.

– Эмбер засунула его член себе в рот, так что Миллер считает, что он ей должен.

– Отвали, Венц, – рявкнул Миллер, бросил гитару в футляр и захлопнул крышку. – Мне пора на работу.

Он запер свою гитару в Хижине, а затем ушел, опустив голову и ссутулив плечи.

– Что стряслось? – снова поинтересовался я.

– Только то, что я сказал, – ответил Ронан. – Они переспали, и теперь он пытается вести себя, по его мнению, честно.

– Лично не знаком с этим словом, но разве это не хорошо?

Он поигрывал своим пивом.

– Где ты был во время Осеннего бала?

Я притворно вздрогнул.

– Разве мы не о Миллере говорили восемь миллисекунд назад?

Взгляд Ронана был безжалостен.