Верка

Я обратила на это внимание сегодня, когда ездила по советским учреждениям.

– Но остров Маргит особенный! Парк на нем возводили еще венгерские короли, сначала в виде охотничьего хозяйства, потому что там водилось много дичи, а потом, по мере разрастания города, остров сам превратился в парковую зону. Фактически это лесопарк, где собраны коллекции деревьев из многих стран мира, имеются диковинные и даже эндемические растения, которые я покажу тебе как-нибудь днем. Но я бы назвал истинными красавцами вековые маргитские дубы. В другой раз мы, конечно, посетим термальные источники, увидим старинные бюветы, крепостные стены, отели… А сейчас лишь немного побродим по великолепным дорожкам и аллеям. Сначала, правда, надо попасть на остров. Для этого мы пройдем вдоль набережной до большого моста Маргит и с него по мостику переберемся уже на сам остров. Еще недавно туда можно было попасть только на плавсредстве.

– И мы пройдем по нему?

– Если ты не очень устала.

– Я могу бродить до изнеможения!

– Тогда пошли! Домой поедем на такси.

Верка бывала на речном острове Хортица в Запорожье и вспомнила, что там дул с Днепра холодный ветер, поэтому невольно запахнула плащ, но, ступив на остров Маргит, не почувствовала перемены в погоде и предположила, что этот чудный уголок согревается теплом земли. Вдыхая вечерний воздух, прислушиваясь к дальней музыке и шуршанию под ногами гравия, присматриваясь к веселым лицам людей, сидящих за столиками кафе, вынесенными из зданий под деревья, на которых еще висели плотным покрывалом листья, она вдруг сделала для себя открытие: в Будапеште люди живут, радуясь жизни и преображая ее красивой и удобной архитектурой, зонами отдыха, музыкой, вином и песнями. Ей показалось, что у этих людей нет и не может быть злых умыслов, направленных на разрушение хорошей социалистической страны и социализма в целом.

– Антал, – тихо сказала она, – мне здесь очень хорошо! Я никогда не представляла, что Венгрия так благодатна.

– Это, наверно, оттого, что я люблю тебя, что ты чувствуешь мою любовь, а она согрета любовью к моей земле.

– Когда ты мне говорил о прелестях Крыма и сравнивал их с прелестями твоей страны, мне казалось, что ты фантазируешь. Наверно, здесь Дунай так же очаровывает человека, как у нас Черное море, и холмы, как наши горы, так же открыто говорят о сложной истории твоей родины.

– Это правда, хотя приравнять две стихии – море и реку – мне не приходило в голову. Я должен, нет, обязан в ближайшие дни сходить с тобой на другой берег Дуная, чтобы показать тебе остров Маргит в «развернутом виде», да и весь Будапешт с высоты Рыбацкого бастиона! Кстати, свет габаритных огней на его башнях мы видели, когда проходили около терм.