Верка

Верка столкнулась с ней лицом к лицу на вокзале, когда провожала на поезд своего молдавского коллегу. Обе они спешили и не заметили друг друга (или сделали вид), но в тот раз Верка выполняла срочную работу, и ей было не до глупых воспоминаний, поэтому в ее душе, казалось, не осталось от той встречи никакого следа. Потом, во время отпуска, ее душу захлестнули новые встряски, связанные с проделками сына и появлением спины со шрамом. Виктору она не могла рассказать об этой спине, потому что в его сознании могли невольно зародиться пустые подозрения. Но Семен ее не пугал, если бы даже и воскрес, и в какой бы роли он ни выступал. Другое дело «Волчица»! У нее с Веркой были давние счеты, не закончившиеся потасовкой в камере.

Но как бы ни занимали Веркину душу тайные тревоги, ее текущая жизнь, в которой на первом месте стояли забота о сыне, любовь мужа и захватывающая работа, постепенно размыла и притупила неприятные мысли. Правда, она затягивала подачу заявления о вступлении в партию, но внешне это связывалось с решением срочных производственных задач и напряженной учебой в институте. До конца года она ни разу не «споткнулась» о неприятные воспоминания.

В канун Нового года Виктор приболел: его просквозило в автобусе, поэтому они отказались идти на званый ужин и встречали Новый год в семейном кругу. Вечером прямо за столом Виктор потерял сознание. Верка растерялась: за все время их совместной жизни муж ни разу не болел, а тут сразу обморок! Едва взяв себя в руки, она вызвала «скорую помощь» – машина пришла через десять минут, врач осмотрел больного, сделал укол и сказал, что его надо срочно госпитализировать. Верка поехала сопровождать мужа в больницу и всю дорогу надеялась, что он скоро очнется. Ей казалось, это какое-то недоразумение, что оно вот-вот разрешится и они вернутся домой. До утра она просидела в приемном покое. Часов в пять к ней подошел дежурный врач и сказал, что Виктору требуется незамедлительная операция, чтобы удалить из головы осколок, который подступил к жизненно важному центру. Операция рискованная, и для ее проведения необходимо согласие родственников. Верка, не раздумывая, написала и подписала нужные бумаги. Врач взял их и ушел. Вскоре он возвратился и посоветовал ехать домой, так как операция будет длиться несколько часов и ожидание здесь никак не повлияет на ее исход. Через минуту к ней подошла медсестра и предложила карету «скорой помощи», но Верка, представив, что будет ехать в машине без Виктора, от такой услуги отказалась.

Она пошла пешком и впервые за последние четыре года ощутила такую пустоту вокруг, что ей стало страшно. Дома все спали. Верка зашла к сыну, накрыла высунувшуюся из-под одеяла ножку, присела на край кровати и попробовала запланировать дела на два праздничных дня.