Верка

В них она жила как наяву, хотя во сне реальность переплеталась с какими-то фантастическими эпизодами, которые были то ли отражением ее сокровенных мыслей, то ли воплощением ее несбывшихся грез, то ли отголосками страха перед предстоящей расплатой за разгульные и, теперь ей было совершенно ясно, неправедные годы.

Как-то Семен громко выругался – Верка испугалась и подумала, что нельзя материться при Коленьке. Она сама не заметила, как определила, что у нее родится сын, и уже дала ему имя, и оно было не случайным: так звали Веркиного двоюродного брата, который приезжал три года назад к ним в Никитовку из Симферополя. Девятиклассница Верка полюбила своего загорелого родственника с первого взгляда, и через неделю ей удалось его соблазнить. Она гордилась своей победой, но Николай уехал и женился на другой. Влюбленная Верка пережила первую в своей жизни трагедию бурно, срывая злость на своих родных и близких. Она убежала из дому и спуталась с ребятами из воровского мира. Видимо, впоследствии она не случайно обокрала Олю и попала в банду Семена.

В первую же ночь в балагане ей приснилось, как Николай сам ведет ее на сеновал (в действительности Верке едва удалось затащить его туда) и жадно целует ее горячие губы. Потом они вместе едут в Ялту на трясучем грузовике, и Верка чувствует, как в ней шевелится их ребенок. Они снимают квартиру в Мисхоре и по утрам ходят на море. Николай куда-то убегает, а Верка остается одна, ложится на желтый песок под ласковое солнышко так близко к воде, что теплые волны лениво окатывают ее ноги, и сладко грезит. Позагорав на солнышке, она потягивается, по-кошачьи изгибает спину и видит сквозь щелки прищуренных глаз бронзовую Русалку с длинными зелеными локонами, которая стоит в воде неподалеку от берега. Русалка живая (бронзовой является лишь ее чешуя), одной рукой она прижимает к груди ребенка, а другой держится за камень, чтобы отхлынувшая волна не унесла ее в море. Верка замечает на левой руке Русалки несколько круглых отверстий и шрамов, похожих на аккуратные швы от газовой сварки, та ловит ее взгляд, снимает металлическую маску – появляется красивое доброе лицо – и говорит:

– Это резвились немецкие хлопчики. Они стреляли в меня из автоматов и даже пуляли мины. Там, – Русалка показывает на свой живот, – до сих пор сидят ржавые осколки, но мне это не мешает любить Петри и рожать от него здоровых детей. И ты родишь сыночка, только смотри, не простуди его, когда будешь возвращаться из тюрьмы! А купать его очень просто: заходишь вместе с ним в море и опускаешь в воду по самые ушки. Он быстро научится плавать и нырять, а коль полюбит воду, то и вода полюбит его и будет дарить ему свою силу…

– А что мне делать с Семеном? – спрашивает Верка.

– Уходи от него поскорее.