Верка

Сергей Владимирович едва успел сбежать к ним по ступеням, снял с себя пиджак и хотел накрыть им Веркину голову, но, увидев, что волосы обгорели лишь сверху и дальше пламя не распространилось, мягко улыбнулся. Однако смрад паленого мяса, пахнувший сверху, невозможность преодолеть вырывающийся оттуда огонь подстегнули группу ринуться к подвалу.

Металлическая дверь в него была закрыта, вместо замка из петли торчал кусок проволоки, поэтому отворить ее не составило труда. Несколько секунд спустя тройка оказалась внутри подвала. Огонь, бушевавший на первом этаже, уже прожег подвальное перекрытие в нескольких местах, оттуда падали горящие головешки и пламя озаряло помещение. То, что они увидели, не поддавалось нормальному восприятию: на трубах, проходящих у потолка, висели в ряд вверх ногами советские солдаты. С них стекала кровь, и ее сладковатый запах вызывал тошноту. Прямо перед ними на полу лежал обезглавленный труп, руки его держали отрезанную голову. Судя по темным волосам, черным усикам и смуглым рукам, и труп и голова принадлежали одному и тому же человеку кавказского происхождения. «С ним поступили как с памятником Сталину», – подумала Верка. Ее взор невольно проследил дальше по полу, и она увидела еще два трупа, лица их были обезображены вырезанными на лбу звездами, выколотыми глазами, запекшейся кровью и серыми сгустками глазной жидкости. Антал и Сергей Владимирович стояли, не смея шелохнуться, а Верка быстро пришла в себя, шагнула к подвешенному парнишке, который как будто встрепенулся, и стала его ощупывать в надежде, что он еще жив. Руки ее мгновенно обагрились кровью, капавшей из рассеченного носа подвешенного. Тело парня было действительно еще теплым, – Верка бросила обнадеживающий взгляд на своих спутников, и те мгновенно оказались возле нее. Только снять парня голыми руками не удалось: ноги его были связаны толстой проволокой и ей же прикручены к трубе. Требовался какой-нибудь инструмент, – клещи или хотя б плоскогубцы. Антал огляделся вокруг и обнаружил небольшую стопку арматуры. Орудуя прутьями, он отцепил проволоку от трубы, парня сняли и уложили на пол. Но с ног проволока таким способом не снималась, потому что сильно врезалась в кожу, и нельзя было просунуть под петлю ломик, чтобы не нанести новых ран. Сергей Владимирович приложил свою голову к груди парнишки, прислушался и тихо произнес: «К сожалению, он мертв». Поиск живых среди остальных пятерых повешенных не увенчался успехом. Всех их сняли и положили в один ряд. Сергей Владимирович попытался найти документы – карманы убитых были пусты. Посмотрев по сторонам, он увидел обугленные клочки бумаги и взял один из них – это оказался фрагмент воинской книжки.