Верь в меня (СИ)

Звонит Артём, спрашивает: почему уже девять утра, а я до сих пор не на работе. Не то что он сильно нервничает или пытается меня отчитать, но голос реально взволнованный.

— Тём, я заболела, — обдумав предлог, пытаюсь выдавить из себя кашель. Ну не говорить же боссу, что проспала — он всё равно на работу выгонит, а у меня сегодня нерабочее настроение.

— Серьёзное что-то?

— Простудилась где-то. Денёк отлежусь и сразу в строй, можно?

— Ах, Настя… Тебе к врачу, а не отлежаться.

— Всё нормально будет, не парься.

Артём вздыхает, а я слышу приближающиеся к кухне шаги и спешу попрощаться — вдруг сейчас Потоцкий подойдёт со всеми спецэффектами, палиться совсем не хочется.

— И мне кофе сделай, пожалуйста, — это не Потоцкий, а соседка Катя.

— Доброе утро, — отложив телефон в сторону, оборачиваюсь: — А ты чего в такую рань встала?

Потирая сонные глаза, Катя загадочно улыбается:

— С вами поспишь, — заявляет соседка, а я не сразу нахожу что ответить. — Он тут надолго?

— Не знаю, а что?

— Да ничё, ничё. Просто вы очень громкие, а мы с тобой об этом не договаривались, Насть.

— Кать, ну сори, — пожимаю плечами, мне неловко, но оправдываться не собираюсь.

Обнажённый по пояс в одних брюках в кухню входит Данил. Увидев мою соседку, доброжелательно улыбается, но Катя лишь закатывает глаза, и взгляд отводит в сторону, а затем и вовсе уходит.

— Кажется, я совсем не понравился твоей соседке, — обняв меня за талию, притягивает к себе и целует в щеку.

— Тебе не кажется. Доброе утро, выспался? — коснувшись пальцами его чёлки, пытаюсь разгладить образовавшуюся вертикальную морщинку между бровей.

— Ужасная кровать. Как ты спишь на этой рухляди?

— Мне нормально, привыкла. Кофе будешь?

— Буду. И тебя. И кофе, — набросившись на мою шею, осыпает кожу мелкими поцелуями, а я хихикаю — его щетинистый подбородок такой колючий.

— Дань, ну мы же не одни, — упираюсь руками в его плечи, но Потоцкий не сбавляет прыти, ещё сильнее сжимает ладонями мои ягодицы, забравшись под футболку.

* * *Держась за руки, прогуливаемся по парку. Мне ещё с трудом верится, что всё это происходит наяву, ведь невозможно быть такой счастливой. Кажется, что волшебство может закончиться, стоит хорошенько мотнуть головой.

— Хочу мороженое, — тяну Данила за руку к будке с мороженым, он усмехается и с немалым удовольствием наблюдает, как я занимаю очередь, а затем долго выбираю: какое хочу съесть.

Ощущая себя одной из тех ребятишек, которые с лыбой до ушей благодарят своих родителей за мороженое, я обнимаю Потоцкого за шею. Встаю на цыпочки, чтоб дотянуться до его щеки.

— Спасибо, — губами касаюсь быстро, а он перехватывает инициативу и целует меня по-взрослому: глубоко с языком, до спёртого дыхания и подгибающихся коленей.