Верь в меня (СИ)

Если Потоцкого это и зацепило, то виду он всё равно не подаёт, держится молодцом.

— Может, пройдём в кухню? Чай, кофе будете? — предлагает Лера.

— Зелёный чай, если можно, — отвечаю я, оборачиваюсь на Данила: — а ты что будешь?

— Ничего, — сухо произносит, похоже, реакция сына всё-таки его зацепила.

В коридоре появляется мужчина как раз в тот момент, когда Данил помогает мне снять верхнюю одежду.

Увидев мужчину, Никита сразу же просится к нему на ручки и зовёт его папой. Я без слов чувствую боль Потоцкого, поэтому кладу ладонь на его напряжённый бицепс и слегка поглаживаю."

"Пока я пью чай, болтая с Лерой в кухне, Данил пытается играть с сыном в зале. Не то чтобы мы с Лерой стали подружками, но как-то вышло у нас ней нормально, по-человечески и без претензий друг к другу. Мы обе понимаем, что просто так сложились обстоятельства, но это жизнь, а не сказка — череду событий не переписать. Можно зациклиться на этом и создавать друг другу проблемы, а можно поменять своё отношение и научиться жить в мире. В своё время я навоевалась с Людой, точнее, это она со мной воевала в необъявленной официально войне. Мне хватило подобного геморроя, больше не хочется.

— Насть, я могу тебя попросить поговорить с Данилом? — тактично начинает Лера.

— О чём?

— Мы с Максимом, моим молодым человеком, хотим пожениться. Он хочет усыновить Никиту, чтоб мы втроём официально были одной семьёй, с одинаковой фамилией. Данил ни в какую. Не хочет отказываться от Никиты. Ты можешь как-то повлиять на своего мужа?

— Эм-м… — обдумываю ответ из-за неожиданного ступора. — Это неожиданно, Лера. Я не знаю, что тебе сказать.

— Данил любит тебя, Настя. У вас скоро родится общий ребёнок, — с теплом в глазах смотрит на мой большой живот, который вот-вот на нос полезет. — У вас своя семья. А у нас с Максимом и Никитой — своя. Пойми меня как женщина, пожалуйста. Никита сейчас ещё маленький, пока ничего не понимает. Но когда вырастет, то обязательно начнёт задавать вопросы: почему у него фамилия другая, почему его папу зовут иначе. Ты же слышала сама, он Макса папой называет, а Данила испугался.

— Я подумаю, Лер. Пока ничего не обещаю. Прежде чем поговорить с Данилом на эту тему, я сама должна принять решение для себя.

— Оказываешься? Насть, для всех так будет лучше. И для тебя тоже.

— Я подумаю, — повторяю непоколебимо.

После долгих часов работы с психотерапевтом я хорошо развила в себе ассертивность. Научилась признавать собственные ошибки, говорить о собственных недостатках, принимать критику, а также выражать свои чувства и открыто высказывать свои убеждения. А сейчас я убеждена, что не могу пообещать того, в чём пока что не разобралась.