Верь в меня (СИ)

Склонившись, кончиком носа трусь о её курносый нос. Моя сладкая, нежная девочка сегодня выглядит восхитительно. Едва хватает силы воли, чтоб не наброситься на её губы с поцелуем и не сожрать всю эту ярко-красную помаду.

— Дань…

— Да? — рукой забираюсь под пальто, веду ладонью по спине вверх. Настя напрягается, но не отталкивает от себя.

— Спасибо тебе за этот вечер.

— Это тебе спасибо.

— А мне-то за что?

— За то, что ты у меня есть. Люблю тебя, малая.

— Ещё скажи, — шепчет хрипло, сама ко мне прижимается. Стоит напротив меня с закрытыми глазами, щекой трётся о мою щеку.

— Люблю.

— Нет, полностью скажи. Когда ты говоришь «малая», мне будто снова девятнадцать, сердце всё помнит, Дань. Ты меня тогда так называл.

Коснувшись губами кончика её уха, шепчу на одном дыхании:

— Люблю тебя, малая.

Зарывшись лицом в моём плече, едва не мурлычет от кайфа, а я ещё крепче обнимаю жену. Люблю эту женщину. Больше всех на свете люблю. И пусть так будет всегда, она моё счастье и даже больше. Ради неё хочется и дальше покорять вершины.

Настя научила меня любить. Показала, какими бывают настоящие чувства между мужчиной и женщиной. Наслаждение не ограничивается одним сексом, как раньше мне казалось. С Настей я просто кайфую рядом — вот так как сейчас, пока за нашими спинами суетится весь мир, мы украли друг друга у всех буквально на одну минуту.

Что нужно мужику для счастья? Оказывается, совсем немного. Просто, чтоб за спиной был надёжный тыл, куда он может возвращаться после покорения вершин, где наберётся моральных сил встретить завтрашний день.

— Пойдём, пока нас не объявили в розыск, — тихо произносит, сама же уходить не хочет.

— Ещё минутку постоим, ладно?

— Хорошо.

— Не злишься больше на меня?

— Не злюсь.

— Прости за то, что я тогда тебе сказал. На самом деле я люблю тебя такой, какая ты есть, со всеми тараканами в твоей голове. Я тоже неидеальный, вытерпеть меня непросто. Я знаю, что со мной сложно, но ты рядом и я это ценю.

— Мои тараканы в голове сейчас смутились, — с лёгкой иронией отвечает. — Мы друг друга стоим, Потоцкий, и это факт.

— Ещё как стоим, — не удержавшись, сжимаю Настю в своих объятиях едва не до хруста. Не хочу её отпускать… вот вообще никогда.

Пусть будет так, как она сказала тогда на пляже, когда пообещала на мой памятник откладывать со своей пенсии целый год. Лет через пятьдесят я на такое согласен, а пока что держу её крепко в своих руках и не отпускаю.

* * *После фотовыставки возвращаемся домой уставшие. Я за рулём, Настя молчаливо сидит рядом, взглядом уткнувшись в окно.

— Приехали, — отстёгива ремень безопасности.

Настя оглядывается.

— Ты снова привёз нас к пруду.

— Ага, то место, где у нас происходит самое интересное.