Верь в меня

— Остальное оставим на потом, — произнесла она, с явной неохотой отодвигая от себя сверток с гобеленом.

Едва комната приобрела более или менее благопристойный вид, Криста воспользовалась первой возможностью, чтобы подвести итог произошедшим событиям.

Итак, она находится в Хоукфорте, даже видела хозяина крепости, и, кажется, никто ни о чем не догадался. То, что казалось несколько рискованным делом, требующим немалой осторожности, осуществилось даже успешнее, чем можно было ожидать.

Заметив ее улыбку, Рейвен и Торголд обменялись взглядами. Пожилая женщина заметила:

— Что ты имеешь в виду?

— Вы могли бы сказать, что слишком спешили, чтобы дожидаться эскорта, но боялись, как бы по дороге вас кто-нибудь не узнал и не воспользовался вашей беззащитностью. — Рейвен высоко подняла тощие плечи и добавила: — Как знать, может, он вам и поверит.

— Только в том случае, если вы сообщите ему об этом прямо сейчас, — вмешался в разговор Торголд. — Если протянете время, мужчина поймет, что оказался в дураках. А они этого не любят. — Торголд усмехнулся, видимо, каким-то своим старым воспоминаниям. — Нет, мужчины такого не любят.

Криста вскочила с постели и уставилась на слуг в полном изумлении.

— Я не собираюсь ничего говорить! Это все испортит. Как же я узнаю то, что так сильно хочу узнать?

— А что там узнавать-то? — возразила Рейвен. — Все мужчины одинаковы… Гордецы, упрямцы, ничего не хотят понимать.

— Самонадеянные, невнимательные, грубые, — продолжил Торголд.

— Должны же у них быть хоть какие-то подкупающие женщину черты, — возразила Криста. — Когда он посмотрел на меня, я почувствовала… — Она запнулась, пытаясь в точности уловить, что же именно она почувствовала, когда эти выразительные голубые глаза смотрели на нее. Большую силу, ум и что-то еще… завораживающее, притягивающее к себе… Страсть?

Был ли владетель Хоукфорта страстным мужчиной? Криста прогнала от себя эту мысль, которая сейчас казалась ей мучительной. Став ее мужем, он будет иметь право обладать ею, как не обладал никто. Криста знала, в чем заключается такое обладание, однако понимала, что под этим, в темной, непроницаемой глубине, таится еще многое, непредсказуемое, способное в любую минуту вырваться на поверхность как нечто ужасное или, наоборот, прекрасное.

Оставляя в стороне страсть, Хоук оказался настолько мудр, что решился на союз, который нес мир как для его, так и для ее народа. Это свидетельствует об уме Хоука и самообладании. Криста по достоинству ценила эти качества, но тем не менее томительная мысль о правах мужа и о ее обязанностях как жены вызвала на ее нежных щеках румянец и вынудила слуг обменяться понимающим взглядом.

— Обыкновенные смертные, — пробормотал Торголд, прежде чем направиться к месту своего ночлега.