Венецианское завещание

Дайнека вынула из сумочки телефон и сначала позвонила отцу.

– Папа, я прилетела, – сказала ему коротко. Потом, немного подумав, набрала номер Маурицио.

– Дайнека! Как хорошо, что ты позвонила! Я сделал все, как мы договорились. Будь осторожна!

– Спасибо, спасибо, Мура!

– Mamma mia! Ты в Италии! Ciao! – В трубке раздались гудки отбоя.

Дайнека осмотрелась.

Никто не прохаживался рядом, никто не дышал ей в затылок…

Она ехала на машине из аэропорта в город.

Непривычной была, пожалуй, не сама дорога, она очень походила на российскую. Потрясало количество указателей. Глядя на них, можно было узнать, как называлась ближайшая пиццерия, куда ехать, если тебе нужен бассейн, и в какой стороне море.

Пустынные улицы указывали на то, что в этом курортном городе сейчас не сезон. Должно быть, Римини летом – другой город, ничем не похожий на этот, зимний.

Навстречу ей бежали частные домики. Слепые окна, закрытые железными жалюзи, не провожали ее взглядом. Город замер, он дышал и существовал вполсилы, жил в полусне.

Огибая транспортное кольцо у самого моря, Дайнека увидела крышу «Гранд-отеля», проплывающую в пронзительной синеве неба куполами и зубцами своих причудливых башен. Ее охватило ощущение восторга при виде этого монстра итальянской курортной индустрии.

Проезжая мимо фонтана, украшенного скульптурой лошади, заметила указатель – «Сквер Федерико Феллини».

Она без труда нашла отель «Тибериус». Придорожная надпись напомнила ей, где именно нужно свернуть. Машина въехала в маленький дворик, условно обозначенный ажурным забором, и остановилась на красной брусчатке. У входа в отель лежала большая собака, очень старая немецкая овчарка. Лениво подняв голову, она спокойно посмотрела, и лишь ее хвост поприветствовал Дайнеку, хлопнув несколько раз по красному камню.

– Bongiorno! – Дайнека с удовольствием выговаривала это итальянское приветствие. Собака снова приподняла голову, покряхтывая встала и подошла к ней, помахивая хвостом. Дайнека поставила сумку на землю и запустила пальцы в лохматую клочковатую шерсть. Собака прикрыла глаза, привалилась всем телом к ее коленям. Потом, громко вздохнув, почти рухнула досыпать на брусчатку.

Наконец Дайнеке удалось проверить свое знание итальянского языка. Из разговора с портье она узнала, что Константин Мачульский останавливался в отеле «Тибериус», но вчера съехал.

– Он не сообщил куда?

– Нет. К сожалению, не сообщил. Мне очень жаль… – Служащий растянул губы в улыбке. – Не желаете снять номер?

– Желаю. У вас есть бронь на фамилию Дайнека… И, если можно, дайте мне тот, где жил Мачульский. Номер еще не занят?

Комната вполне соответствовала своему четырехзвездочному статусу. Бросив сумку, Дайнека потянула за кордовый ремешок.