Венец безбрачия белого кролика

Но ревность — страшная штука. Вторая половина ринется в суд, отнимет у вас половину имущества.

— Можно пошептаться с мужиком, — возразил владелец похоронного бизнеса, — с глазу на глаз. Катерине никогда о беседе не узнать. Отец — не проблема.

Борис начал вертеть в пальцах чайную ложечку.

— Вероятно, для вас — да, а вот для Артемоны… Она вам сообщила адаптированную историю своей юности, но грешки-то у вашей супруги есть. Попов мог знать правду о прошлом Артемоны. Он боялся, что жена оформит развод. Почему? Как ему тогда объяснить покупку шикарных машин? Каким образом жить на широкую ногу? Сейчас Филипп — зять богатого Буратинова. Он всем говорит: «Тесть мне ни в чем не отказывает». А что будет, когда Артемона разорвет союз? Обманутые Никитой Григорьевичем люди ищут его деньги. Неровен час ограбленный народ начнет писать в прокуратуру доносы о том, что Филипп черную икру на устрицы намазывает да по восемь раз в году на теплый океан летает. Я не уверен, что младшего Попова могли взять за мягкое брюшко, но он очень этого боялся, считал Артемону гарантом своей беззаботной жизни. А у вас дома истеричная злая Екатерина. Вам развод тоже не выгоден. Артемоне же, как всякой женщине, хочется надеть обручальное кольцо. И она находит способ его получить. Кто-то сообщает Екатерине о пробах для сериала и присылает ей билет на самолет. Исполняется ее мечта — она звезда. Филиппу тоже предлагают то, чего он давно хотел: стать компаньоном иностранной фирмы. Геннадий рад разыграть Задирайкина. Все складывается вместе, и самолет гибнет. В этой компании посторонний только Задирайкин. Он — сопутствующая жертва. Максима пришлось убить, чтобы лайнер разбился. Есть фото эксперта с места катастрофы, вы его видели. На снимке запечатлен термос. Но он пуст, искорежен, не привлекает внимания следствия. Кому он принадлежал, определить невозможно. Вещи пассажиров и экипажа расшвыряло в разные стороны. Термос никого не удивил. Следов взрывчатки в нем нет. Да, его нельзя внести в салон пассажиру. Но некоторые люди и не то протащить ухитряются. Сосуд мог лежать в багаже. Но мы точно знаем, кто и зачем внес его в кабину пилотов. Найти останки комаров невозможно. И я абсолютно уверен, что никто из спецов, которые работали на месте крушения, не подумал, что в гибели лайнера повинны насекомые. Не знаю, есть ли тест на определение укуса комара. Но даже в случае его существования никто не станет применять его к останкам пилотов. Годион не живет в России. О существовании этого кровососа не все энтомологи знают, вы сами об этом говорили Ивану Павловичу. И вот что интересно: Варвару не обманули. Ей спустя некоторое время дали денег на квартиру и джип.