Венец безбрачия

***

После неторопливого завтрака я спокойно переоделась в одно из домашних платьев и отправила Эмину к госпоже Аделаиде:

- Сходи, пожалуйста, к графине и спроси, когда у ее светлости найдется время, чтобы показать мне замок.

Служанка вернулась буквально через пять минут с сообщением:

- Госпожа графиня ждет вас в трапезной, госпожа графиня.

Я про себя улыбнулась этому забавному повторению и попросила проводить меня в эту самую трапезную – я совершенно не представляла, где и что здесь находится.

***

Трапезная оказалась не так далеко от моих покоев. Большая вытянутая светлая комната с четырьмя окнами, куда сейчас яростно светило солнце. Под потолком - две огромные люстры с кучей рожков для свечей. Каменный пол, плиты плотно подогнаны одна к другой и тёмно-серый камень с частыми белыми прожилками чисто вымыт. Столы шли параллельно в два ряда от входа и заканчивались, как и в замке Шаронг, так называемым высоким столом: подиумом, на котором поперек зала были расположены места для хозяев и почётных гостей.

На дальней от входа стене, за спинами сидящих за высоким столом, рисунок - герб рода де Эстре. Герб в форме заострённого книзу щита делился на три поля. Нижние - белое и синее, верхнее - красное. На красном поле изображён горностай, а над гербом вилась нарисованная лента девизом: «Лучше умереть, нежели опозориться»

Госпожа Аделаида ожидала меня стоя у герба, что показалось мне довольно символично. Она была не одна, а в сопровождении женщины лет сорока пяти, одетой так, что я не смогла определить её статус. Платье из хорошей ткани, но сшито скучно и без отделки. У горла – маленькая серебряная брошка, но на поясе – несколько больших связок ключей всех цветов и размеров. Волосы у женщины, почти полностью седые, уложены в причёску, а не спрятаны под чепец, как у прислуги, но поклонилась она так же низко, как горничные.

Мы с графиней поприветствовали друг друга аккуратно и настороженно – обе не знали, чего ожидаем от этой встречи. Госпожа Аделаида говорила со мной спокойно, каким-то даже монотонным голосом, как будто читала по бумажке:

- Рада видеть вас отдохнувшей, графиня де Эстре. Позвольте представить вам, - она указала на молчащую сопровождающую - это наша экономка, Катарина Менсфурд. Катарина служит в доме уже более двадцати лет и мой покойный муж очень доверял ей. Она следит за всей прислугой в доме и за работниками кухни. Только конюшня ей не подвластна.

Все это время Катарина стояла так же молча, глядя в пол. Такой приём меня немного замораживал, и я не знала, нормально это или нет – обращаться к пожилой служащей по имени. Матильду у себя дома я звала по имени, но она-то была обычная горничная. А эта женщина, носящая украшение, явно не просто служанка.