Венчальное кольцо Нибелунгов

Она же собиралась пригласить его в гости, но до тех пор, пока не разберется с Байрамовым, об этом нечего и думать.

– Нет, я просто обязан пригласить вас на чашечку кофе, – продолжал между тем Горенштейн. – Кажется, здесь есть приятное кафе?

Рита чувствовала себя глупо, ловя удивленно-заинтересованные взгляды персонала заведения, где несколько минут назад они сидели с Варварой. Она могла отказаться от предложения Владимира Соломоновича, но, во-первых, это выглядело бы невежливо, а, во-вторых, ей показалось, что бизнесмен не просто так ее пригласил.

– Ну, – сказал Владимир Соломонович, когда они сделали заказ, – рассказывайте.

– Я? – удивилась Рита.

– Разумеется, – кивнул он. – У вас такое лицо, будто вам требуется помощь. Послушайте, Марго, вы же знаете, что я на вашей стороне?

– Вы очень стараетесь, пытаясь помочь Алине и Геннадию выпутаться из ситуации с убийством. Вы верите в их невиновность?

С некоторых пор этот вопрос стал для Риты спорным. Тем не менее она кивнула: как детектив, возможно, она имеет право сомневаться, но ее долг как адвоката – защищать клиента любыми средствами.

– Ваша самоотверженность достойна всяческих похвал, – улыбнулся Горенштейн.

Рита внимательно посмотрела на человека, сидящего напротив. Хорошо за пятьдесят, небольшого роста, лысеющий мужчина, он тем не менее выглядел представительно в безупречно сидящем дорогом костюме. Крепко сбитая фигура Владимира Соломоновича говорила о том, что он ревностно относится к поддержанию хорошей физической формы. Непонятно, по какой причине, но его присутствие, его размеренная, правильная речь действовали на Риту успокаивающе. Горенштейн выглядел так, как должен выглядеть человек, которому можно доверить самые сокровенные тайны. Глядя на Владимира Соломоновича, почти невозможно предположить, что он когда-то являлся одним из самых уважаемых в криминальной среде авторитетов. Сейчас его имя называлось среди известных и щедрых благотворителей, бизнесменов с огромным состоянием. Его лицо появлялось на обложках деловых журналов, таких как «Экономист», «Коммерсант» и даже «Форбс». Горенштейн стал олицетворением благополучия и честного бизнеса. Да, теперь его занятия и в самом деле легальны, а ведь каких-нибудь двадцать лет назад он вместе с группой бывших спортсменов терроризировал рынки и частные предприятия! Наружность часто обманчива, и под внешним лоском и кажущейся мягкостью Горенштейна скрывается стальная натура.

Пока Рита раздумывала над тем, как много можно рассказать Горенштейну, он терпеливо ждал.