Венчальное кольцо Нибелунгов

Если я стану голословно, как ты, утверждать, что она невиновна по причине своего ангельского характера, никто и слушать не станет!

– Но ты что-то знаешь об Алине, чего не знаю я, верно? Я не лезу в твои дела, потому что ничего в них не понимаю, но теперь дело касается человека, которого я люблю и уважаю. Поэтому я прошу тебя рассказать все, что тебе известно. Возможно, я смогу тебе помочь, а значит, и Алине!

– Хорошо, – вздохнула Рита. – Алина призналась мне в нашу последнюю встречу, что это она стреляла в Павла.

– И ты поверила? Наверняка она хотела выгородить Геннадия! Как это могло произойти?

Рита передала ему вкратце их с Алиной разговор.

– Ерунда! – пробормотал Игорь. – Не верю ни единому слову! Тебе обязательно нужно поговорить с Женькой, ведь ему дело передали, так?

– Не сомневайся, поговорю. В конце концов я – адвокат Алины.

– Ладно, пойду в душ, – сказал Игорь, поднимаясь.

Только теперь Рита обратила внимание на его джинсы.

– Ты надел папин ремень? – пробормотала она недоверчиво. Неужели матери удался трюк?

– Не совсем мой стиль, – кивнул он, – но нельзя обижать твою маму: она так хотела, чтобы у меня было что-то от… ну, ты понимаешь.

– Как-нибудь переживу. Если Наталье Ильиничне приятно, то могу и поносить немного этот фетиш. И не спорь: это – именно фетиш, потому что нормальному ремню не нужно такое количество драгметаллов и камней, это просто неприлично! Боюсь, теперь мне понадобится телохранитель, ведь найдется немало желающих заполучить этот «ювелирный салон»!

– Если тебе нужен телохранитель, – промурлыкала Рита, – то я готова за умеренную плату.

– Насколько умеренную? – поинтересовался Байрамов, пока ее рука медленно двигалась по его талии и заползала за пояс. – Ух ты! – выдохнул он, когда Рита сжала его ягодицу другой рукой. – Если не ошибаюсь, в Уголовном кодексе это называется домашним насилием?

– И, если помнишь, именно этот вид преступлений труднее всего доказуем, – напомнила она. – Я не оставляю увечий!

Как правило, по понедельникам люди чувствуют себя несчастными. Во-первых, потому, что закончились выходные. Во-вторых, впереди маячит целая неделя трудовых будней, и работы – непочатый край.

Тем не менее факт оставался фактом: два человека находятся под следствием, и один из них невиновен. Или оба. Или оба виновны?

Женька встретил ее холодно. Она понимала, что их интересы драматическим образом пересеклись и дружеские отношения отходят на второй план. Женька – сыщик от бога, и хватка у него как у американского бульдога, поэтому она предвидела тяжелую беседу.

– Давай сразу разберемся: ты пришла как частный детектив или как адвокат? – был его первый вопрос.