Венчальное кольцо Нибелунгов

Эдик впервые в жизни получил возможность произнести что-то вроде того, о чем читал или видел в кино: кайф! Он вмиг ощутил себя важной персоной.

– Вы не поняли, – снова улыбнулась девушка. – Ольга Лурье – мой босс. Она учредила специальные призы для людей, которые пользуются продукцией ее производства. Вы же в курсе, что ее произведения – дорогое удовольствие?

– Д-да, конечно, – пролепетал Эдик: он понятия не имел, о чем речь.

– Так вот, у Ольги в основном постоянные клиенты – состоятельные, творческие люди, разбирающиеся в искусстве и знающие толк в хороших вещах… Кстати, как вас зовут?

– Очень приятно. В общем, Ольга хочет как-то отблагодарить приверженцев своей продукции. Есть три категории призов – очень ценных, между прочим. Первую, само собой, получат те, кто приобрел открыток на самую крупную сумму…

День, казавшийся таким утомительным, исправлялся на глазах. Да, но что, если эти чертовы открытки забирали не в его смены? Вот будет облом!

– Так вы мне поможете? – просительным тоном проговорила девушка и снова облизнула яркие губы язычком, быстрым, как у ящерки.

– Значит, вы хотите посмотреть журнал? – уточнил Эдик.

– Это было бы просто чудесно!

– Но… знаете, начальство не одобрит…

– А кто ему скажет? – тонкие брови незнакомки взлетели к линии роста волос. – Я – могила! А когда клиенты получат замечательные призы, им и в голову не придет на вас сердиться!

В конце концов, что он теряет? Девица вряд ли станет распространяться, где получила информацию, – это не в ее интересах. И она права: если призы стоящие, люди только порадуются и не станут задаваться вопросом, как эти самые призы их нашли. Тем не менее для виду Эдик пошевелил густыми бровями, взъерошил короткий ежик волос – будто бы пытаясь принять самое трудное в жизни решение. Наконец, с тяжелым вздохом он потянулся за толстым талмудом, лежавшим на верхней полке (несмотря на наличие компьютера, служащие предпочитали работать по старинке, регистрируя клиентов шариковой ручкой).

Деревня, где проживала Аглая Степановна Болгова, и в самом деле находилась в медвежьем углу. Дорога (если можно так назвать разухабистую колею, наезженную автомобилями), то и дело виляла то вправо, то влево, поднимаясь вверх, а потом неожиданно отвесно устремляясь вниз. Рита и не предполагала, что в средней полосе существуют такие ландшафты! Рассвело, и пейзаж за окнами не радовал глаз. Весна наступала, но еще была слаба, поэтому лежащий кое-где снег походил на грязные прорехи на серой одежде. Деревья воздевали голые ветки к низкому небу, затянутому густыми облаками, словно обгоревшие руки людей, погибших во время извержения вулкана.