Венчальное кольцо Нибелунгов

– Что ты хочешь услышать? – спросил он.

– Желательно комплимент.

На лице Игоря появилась плотоядная улыбка, и он напрягся, намереваясь встать.

– Ну уж нет! – воскликнула Рита, отступая. – Я потратила уйму времени, чтобы добиться такого эффекта, поэтому, как бы мне ни хотелось сделать то, что ты предлагаешь, ничего не выйдет.

– Ладно-ладно, – разочарованно протянул Игорь, откидываясь на спинку кресла. – Я помню, что на тебя накатывает только в дорогих номерах!

Рита еще раз крутанулась перед зеркалом и, послав Байрамову воздушный поцелуй, вышла в коридор. Она и сама не до конца понимала, зачем так старается для Гришки. Вот если бы она встречалась с Женькой, то удовольствовалась бы джинсами и свитером. Для Горенштейна – подобрала бы строгий классический вариант. Так почему она так тщательно готовится к встрече с бывшим ухажером? Их отношения в университете были чисто платоническими. Да они с Гороховым и целовались-то всего пару раз! Наверное, заключила Рита, все дело в этом. Ее отношения с Григорием так и не перешли черту, за которой женщина может назвать мужчину либо любовником, либо просто другом. Все так и осталось неоконченным – словно интересная, но по какой-то причине недочитанная книга, пылящаяся на верхней полке до лучших времен. Наступят ли такие времена, Рита не знала, да и не хотела знать, но подсознательно желала произвести на Горохова хорошее впечатление – просто на всякий случай.

Он должен был подъехать прямо к дому, поэтому она поспешила вниз. Если бы Рита обернулась у подъезда, то увидела бы в окне Наталью Ильиничну и Байрамова, стоящих так близко друг к другу, что их головы почти соприкасались.

– Шикарная машина, – заметил Игорь. – Говорит о больших комплексах владельца.

– Это почему же? – удивилась Наталья Ильинична.

– Чем больше авто… ну, вы понимаете.

Женщина тихо засмеялась.

Горохов прикатил на громадном «Шевроле Тахо». Насколько помнила Рита, раньше у него была другая машина, представительского класса. Почему он решил сменить ее на внедорожник-гигант, оставалось загадкой. Возможно, дело в возрасте: она читала, что к тридцати годам у мужчин начинается переоценка ценностей и они пытаются наверстать упущенное в юности.

Григорий галантно распахнул дверцу перед Ритой.

– Классно выглядишь, – сказал он, пожирая глазами ее высокую фигуру.

– Ты тоже, – улыбнулась Рита.

Небольшой рост всегда беспокоил Григория, и Рита об этом знала.