Великосветская дама

Зная, что Доминик тоже приглашен, Артур не сомневался, что может доверить ему присмотр за Джорджианой. Окинув взором ее притягательную фигурку в темно-желтом шелковом платье, он решил, что его шурин ни на кого, кроме нее, и не взглянет.

Всю дорогу до Хэттрингем-Хаус Джорджиана провела в нервном предвкушении, что, по сути, было совсем неудивительно. Она испытывала подобные ощущения всякий раз, ожидая встречи с братом Беллы, и уже привыкла к ним. Но сегодня ее напряжение многократно усилилось, в чем следовало винить новое платье. Если бы Джорджиана знала, какое оно окажет на нее влияние, то ни за что бы его не надела. У нее в животе будто порхали бабочки. Мысленно содрогаясь от ужаса, Джорджиана, опираясь на руку Артура, вышла из кареты на залитые светом факелов ступени парадной лестницы Хэттрингем-Хаус. Изо всех сил притворяясь спокойной, она прошла вместе с Беллой через холл и оказалась в бальном зале.

Здесь, разумеется, не было лакея, объявляющего имена прибывших гостей. Все просто входили и смешивались с разношерстной толпой. Комнаты уже были переполнены до отказа. Украшения дам поблескивали в свете установленных в канделябрах свечей, шелковые и атласные наряды шуршали, веера игриво подрагивали, кудри дразняще подпрыгивали при ходьбе. На Джорджиану и Беллу обрушились гул голосов и спертый воздух, в котором смешались тяжелый запах парфюма гостей и аромат украшающих комнату цветов.

– фу-у-у! Ну что за давка! – воскликнула Белла. – А ведь еще и десяти часов нет.

Тут к Джорджиане подошел высокий темноволосый джентльмен, элегантно склонившийся над ее ручкой.

– Не подарите ли вы мне танец, прекрасная незнакомка?

Хотя его лицо и было скрыто черной маской, Джорджиана узнала лорда Эллсмера.

– С превеликим удовольствием, милорд, – ответила она, приседая перед ним в реверансе.

– Откуда вам известно, что я лорд? – поинтересовался он, увлекая ее на танцевальную площадку.

– Принимая во внимание, что, по крайней мере, половина присутствующих здесь джентльменов имеют титулы, это вполне закономерное предположение, – беззаботно пояснила Джорджиана. – Даже если я и ошиблась, вы все равно должны чувствовать себя польщенным, а не оскорбленным.

Его светлость рассмеялся.

– Вам никогда не удастся оскорбить меня, моя дорогая.

Тут Джорджиана заволновалась, действительно ли он принял ее отказ всерьез или до сих пор ожидает, что она передумает. Находясь в его объятиях, Джорджиана ничего не ощущала эмоционально – ни взрыва восторга, ни ускоренного сердцебиения. Его близость ничуть ее не волновала.

Танец окончился, и они, исполнив последнее па, остановились и тут же оказались окруженными целой толпой джентльменов, желающих пригласить восхитительную незнакомку.