Великолепно!

Можешь назвать меня слишком прагматичной, но я считаю, что жизнь важнее чести, по крайней мере если речь идет о карточной игре.

– Согласен, но теперь я ничего не могу изменить. Факт заключается в том, что я должен Вудсайду десять тысяч фунтов.

– И когда ты обязан отдать ему эти деньги?

– Обычно деньги отдают тотчас же, но, принимая во внимание величину суммы, Вудсайд дал мне две недели.

– Как великодушно! – заметила Эмма с иронией.

– Думаю, он дал мне время, чтобы насладиться своей властью надо мной.

– Несомненно.

Нед нервно сглотнул.

– Вудсайд сказал, что забудет об этом деле, если я смогу устроить ему встречу с Белл.

Тут Эмму окончательно охватила ярость. Ей казалось, что все в ней разогрелось до белого каления.

– Я убью его, честное слово, убью! – выпалила она, затем подошла к бюро и принялась выдвигать ящики. – У тебя есть пистолет? – спросила она свирепо, роясь в вещах и выбрасывая бумаги на пол. – У меня всего лишь нож для разрезания бумаг.

Внезапно в голову Эммы пришла ужасная мысль, и она обратила к Неду пепельно-бледное лицо.

– Ты… не согласился?

– Боже, Эмма! – Нед вспыхнул. – Кем ты меня считаешь?

– Прости, знаю, что ты не мог этого сделать. Просто я очень расстроена.

– Я не собираюсь торговать невинностью своей сестры ради уплаты карточного долга, – заявил Нед воинственно.

– Ладно. – Эмма вздохнула и принялась постукивать пальцем по ножу для разрезания бумаг. – Острый, между прочим.

Нед невольно усмехнулся:

– Вряд ли таким оружием ты чего-нибудь добьешься.

Эмма с досадой бросила нож на бюро и медленно опустилась на край кровати.

– Я никому не рассказывала об этом, но неделю назад у нас с Вудсайдом произошла стычка.

– Да? И что же случилось?

– Все выглядело довольно странно: он насмехался надо мной, дразнил тем, что я американка и что у меня нет титула.

– Ах, сукин сын, – пробормотал Нед, снова сжимая кулаки.

– Согласна, но главное не в этом. Вудсайд сказал, что собирается жениться на Белл.

– Что?

– Клянусь, это правда! – Эмма энергично кивнула, словно подтверждая правоту своих слов.

– А ты что сказала?

– Просто посмеялась над ним. Вероятно, мне не следовало этого делать, но мысль о Белл и об этом мерзавце… показалась мне абсолютно нелепой.

– Нам следует немедленно принять меры. Его одержимость – уже скверно, но теперь, когда ты его оскорбила, он вряд ли откажется от мести.

Эмма внимательно посмотрела на кузена:

– А что он может сделать? Я имею в виду, кроме того, что потребует у тебя десять тысяч фунтов.

– А разве этого не достаточно?

– Если мы опротестуем этот долг, у Вудсайда не останется козырей, но сперва нам надо выработать план. Как насчет родителей?

Нед подпер голову рукой.

– Я не хочу просить у них денег, мне и так стыдно.