Нелюди Великой реки. Полуэльф

Я приподнялся, удивляясь своей вялости и осторожности фэйри, не желавшей подниматься с пола — точнее, с меня, — направил «чекан» в сторону окна, но с моей позиции ничего не было видно. «Хулиганы» испарились, да и вообще покушение это было или, скажем… предупреждение? Никто ведь не пострадал, зря фэйри вцепилась в меня мертвой хваткой.

— Рота, подъем! — Я попытался сымитировать хриплый голос Семена, без особого, впрочем, успеха, потом стал разгибать тонкие пальчики девушки, но неожиданно возникший рядом дедок-шахматист тонким «интеллигентным» голосом произнес:

— Не советую, милейший, если, конечно, вы дорожите жизнью вашей спутницы!

Семен как раз очнулся и подошел, слегка пошатываясь, к нам, на ходу отмахиваясь от норлинга, попытавшегося что-то у него выяснить по поводу случившегося. Конечно, проще нам претензии предъявить — мы вот они тут, а неизвестных злоумышленников след простыл!

— Паола, Паола! — Семену очень не понравилось, как лежит фэйри, он потянулся потрясти ее за плечо, но и его остановил шустрый дедок. — А ты чего разлегся? — Это Семен мне уже. Может, мне приятно лежать под красивой представительницей народа фэйри неизвестного возраста? Может, я предаюсь изнеженности нравов?

— Я лежу по совету доктора Офейма!

Тут и Семен сообразил, куда мы зашли, и что за старичок вышел из-за шахматной доски. Известный целитель, «лепила Ефим», на местном гуляйпольском наречии; на самом деле его имя звучало Офейм, и специализировался он на ранах и повреждениях, полученных магическим путем. Но характер у доктора был премерзким: больных он предпочитал лечить по собственной методе, основанной на том, что болезнь не беда, а вина пациента. Или, скорее, наказание за вину со стороны неких высших сил. Может, потому он и выбрал местом своего пребывания Гуляйполе. Представляю себе: мечется какая-нибудь Слива по койке от боли, света белого не видит, а Офейм сидит рядом и наставительно приговаривает: «Терпи, терпи… заслужил — значит, терпи!» А чтобы обезболить — так это после долгих уговоров, просьб и молений. Да и обезболивание при ранах, нанесенных магическим путем, становится делом едва ли не таким же сложным, как самолечение. Угрозы своей жизни и здоровью со стороны гуляйпольских пациентов Офейм, кстати, игнорировал… Как это странно не вяжется с тем стариковским испугом, который я видел у него на лице, зайдя в помещение кафешки! Понятно, при такой репутации у доктора пациентов было не так много, но он не огорчался, а основал почему-то в Гуляйполе шахматный клуб.